Ще не вмерла Украина: ресурс нашей прочности
На улицах украинских городов идет бойкая предновогодняя торговля. Народ деловито выбирает пышные сосны от 75 до 200 гривен, присматривается к симпатичным елям по 100-350 гривен, покупает новые гирлянды и несет коробки со сверкающими игрушками. Всё как обычно, как всегда бывает в конце каждого декабря – если не считать того, что в стране разразился тяжелейший экономический кризис, а ещё вот уже более полугода идет война.
Казалось бы, какие там елки, какое шампанское с мандаринами, самое время экономить на всем, впасть в депрессию и пить горькую! Тем не менее, украинцы демонстрируют, что у них есть некоторый запас оптимизма и сбережений под подушкой, которых хватит, как минимум, на новогодние праздники. А это значит, что Украина всё-таки «ще не вмерла», как бы кто нас этим ни подкалывал…
Живы будем – не помрем!
Украину досрочно хоронили уже, пожалуй, раз десять, не меньше. Возникла целая традиция хорового отпевания Неньки при наступлении каждого кризиса – а они тут случаются регулярно! Помнится, уже в 1992-93 годах, когда началась чудовищная инфляция карбованца, а предприятия останавливались из-за разрыва экономических связей, украинскую государственность объявили несостоявшейся. Мол, поигрались хохлы в незалежность, а теперь со слезами «обратно в Россию» проситься начнут!
То, что «в России» Украина не состояла с 1917 года, злопыхатели как-то не думали. Они вообще никогда не думают, а лишь твердят свои похоронные мантры: Окраине конец, ха-ха-ха, Окраина умерла, бу-го-га! Впрочем, на то они и злопыхатели…
Вообще, в оценках и анализах положения дел в Украине встречаются две необъективные крайности. Одна крайность, как мы уже заметили, -это петь Украине отходную по каждому поводу и без. Другая крайность - это заявлять, что Украина бодрой походкой движется к светлому будущему, что с каждым годом благосостояние украинцев улучшается, что кризисы экономики это лишь временные колебания перед стабильным ростом, а революции и перевороты – демократические перемены.
К огорчению и первых, и вторых истина находится где-то посредине. То есть, с одной стороны, Украина откровенно профукала свой шанс быстро и четко провести реформы и выйти хотя бы на уровень Польши. В 90-х мы мечтали стать страной «развитой рыночной экономики», с наступлением нового века размечтались о «европейском будущем», но ничего этого не произошло и в обозримой перспективе не случится. Впрочем, если кто-то уже заметил, об этом в Украине уже даже и не говорят - ни политики, ни избиратели. Сейчас все разговоры только о войне и финансовом кризисе, впервые за много лет никто не строит позитивных планов на будущее. В обществе воцарилась апатия, какой не было, пожалуй, с конца 80-х.
С другой стороны, вопреки самым мрачным прогнозам, всё-таки Украина выжила как государство - пусть политически и экономически зависимое, но кто в мире может похвастать абсолютной самостийностью! Украина пережила несколько кризисов, после которых даже умудрялась несколько приподняться. Украина потеряла Крым, рискует потерять Донбасс, возможно, потом Закарпатье и Буковину, но и после этого она не перестанет быть государством Украина. Как не перестала, к примеру, Германия оставаться Германией после утраты Восточной Пруссии и Померании, а Россия осталась Россией после утраты восточноевропейских и среднеазиатских территорий.
А самое важное, что выжили украинцы. Хоть и сократились числом, сильно расслоились в социальном плане, очень сильно изменились в культурно-этическом, но всё же остались цивилизованными людьми. Пока еще не деградировали в персонажей постапокалиптических триллеров, не стали живущими на помойке дикарями. Вот даже продолжают праздновать Новый Год, умудряясь и сюда всунуть свои политические дрязги, выясняя, кто более «украинский» - Дед Мороз или Святой Мыколай…
Запас карман не тянет
Если своим несчастьям украинцы обязаны собственной безалаберности, то своим выживанием, в первую очередь, традиционной запасливости. Она выручала нас еще во время Великой Отечественной. Так, разбирая доступные архивы оккупационной администрации Харькова, можно узнать, что примерно треть горожан, не имевших ни работы, ни родственников в селах, кое-как выживали за счет «старых запасов». Если бы не эта привычка запасать впрок торбы с крупами и мукой, то число погибших от голода в 1942-43 гг. харьковчан было бы не 15 тысяч, а намного больше.
В 80-е годы запасливость стала одной из причин товарного дефицита: народ чуть ли ни ящиками раскупал продукты, бытовую химию, приобретал второй-третий телевизор и холодильник. При подобном покупательском ажиотаже нынешние украинские магазины опустели бы за неделю. Но затем домашние запасы помогли нам менее болезненно пережить «перестройку» и развал Союза.
В 90-е пришла тенденция запасать уже не макароны и сахар, а доллары. Вот уже двадцать лет американская валюта является самым популярным и надежным средством сбережений на «черный день», который в Украине наступает каждые два года. Вкупе с прочими заначками эти сбережения смягчают резкие падения уровня доходов населения и буквально спасают и от голодных бунтов, и от голодных смертей. Так, например, личные сбережения являются сегодня главным источником пропитания для населения ЛНР-ДНР, которое в большинстве своем потеряло работу и социальные выплаты.
А если уж там люди как-то умудряются прожить на отложенные вот уже почти полгода, то такой же личный запас прочности есть и у населения остальной Украины. То есть, разразись сейчас в стране тотальный кризис с закрытием банков, остановкой предприятий, дефолтом, даже с бомбежками и танками на улицах Киева, украинцы всё равно не поспешат вымирать, а еще протянут какое-то время.
Однако не стоит забывать, что ежели у одного человека спрятаны деньги, то другой их вытащить замышляет. Изъятие или уничтожение запасов населения в Украине изначально было поставлено на уровень государственной экономической политики. В частности, в начале 90-х это было одной из задач запущенной гиперинфляции, обнулившей все счета и сбережения. Зачем государство отказалось от грабительских методов, а увещевало население хранить все свои деньги на депозитах – то есть отдать их банкам. При этом, защищая интересы банков, государство так и не гарантировало гражданам 100% надежность их вкладов.
Тут можно сделать весьма интересный вывод. С одной стороны, сбережения населения - это залог его выживания и стабилизирующий фактор общественно-политической ситуации в стране. То есть государству и власти должно быть выгодно, если граждане обладают неким запасом подкожного жира. Но, с другой стороны, государство и банковская система постоянно стараются высосать весь этот жир до капли, обобрать население до исподнего, словно не понимая, что это может спровоцировать голодные бунты. Противоречие налицо, однако оно не слишком удивляет. Ведь вся современная история Украины – это сплошные противоречия!
С миру по нитке
Сто лет назад в суровую эпоху Гражданской войны, которая теперь, наверное, будет называться первой, а нынешняя - второй, молодое советское государство выживало методом военного коммунизма. Частично он и сегодня используется в ЛНР-ДНР, где многим не платят зарплату, но зато всех освободили от уплаты коммунальных услуг. Остальная Украина пока что лишь читает об этом с содроганием, как о чудовищной пропасти падения уровня жизни клятых сепаратистов, понимая, что затяжная война и кризис могут довести до этого и харьковчан, и киевлян.
И, тем не менее, даже в таких условиях государство выживает, чего, впрочем, не скажешь о всех его гражданах. Однако население Украины сократилось за 20 лет на 10% не столько из-за физического вымирания больных и старых, сколько за счет массовой эмиграции молодых и здоровых. Причем, увы, уезжали самые толковые и работящие из них на заработки, получив прозвище «гастарбайтеры» и «заробитчане».
Говорят, что в 90-е украинцы выжили благодаря «челнокам» и розничной перепродаже на стихийных рынках. Но это не так. Торговля ничего не привносила в Украину, она лишь перераспределяла внутри неё имеющиеся средства. Чтобы купить за границей товар, вначале нужно было заработать доллар, а чтобы его заработать, нужно было работать и производить – торговля же с лотка лишь вымывала заработанные деньги из карманов покупателей. Вот почему рост стихийной розничной торговли в варианте перепродажи (там купил за гривну, тут продал за две) никогда не решал экономические кризисы, он их лишь усугублял. Хотя и создавал видимость массовой занятости населения.
«Заробитчане» привозили и привозят в Украину миллиарды долларов – в этом плане их взнос валюты в украинскую экономику сравним с промышленным сектором, а по зарплате он даже превосходит его. От «заробитчан» кормятся торговцы, строители, чиновники-взяточники и даже бюджет – хотя они не платят подоходный, но НДС, как и каждый житель Украины, выплачивают в кассах исправно.
Вот так в 90-е одна половина Украины выживала, работая в России, другая вкалывая в Европе. Затем, конечно, речь шла уже не о выживании, а о размерах заработка. Тысяча «у.е.» в месяц в России и полторы в Европе - это в несколько раз больше, чем средняя зарплата по Киеву, не говоря уже об украинской провинции. «Заробитчане» во многом определяли внешнюю политику Украины, разрывая её между «сближением с Россией» и «евроинтеграцией». Многие, в конце концов, так и оставались жить за границей – в России это сделать легче, в Евросоюзе труднее, но на восток и на запад уехали сотни тысяч, вместе с семьями. А на смену им приходит новое поколение «заробитчан», причем теперь молодежь готовится к этому со школы: учит языки, получает необходимую профессию и образование.
Впрочем, сейчас тенденция изменилась. Если поколение 90-х ехало именно на заработки, чтобы потом вернуться и жить на родине, в Украине, то их дети не испытывают желания тут оставаться, а стремятся выехать именно на ПМЖ. Во многом это обусловлено потерей надежды на то, что Украина когда-нибудь станет развитой цивилизованной державой…
Однако не только граждане, но и их собственное государство тоже время от времени кормится за границей. Правда, не зарабатывая, а беря в долг. Один только МВФ с 1992 по 2014 год занял Украине 55 миллиардов долларов! Новое правительство пошло дальше и мечтает только за этот год «привлечь» 32 миллиарда долларов иностранных кредитов! Похоже, что «побирательство» теперь станет одним из основных источников наполнения госбюджета.
Беда в том, что эти кредиты придется возвращать. Это собственных граждан можно кинуть на вклады и развести инфляцией, с международными финансовыми институтами такие фокусы не проходят. А чтобы вернуть кредиты, приходится выбивать деньги из карманов своего населения и экономить на бюджетниках – то есть значительно ухудшать уровень жизни украинцев. И снова мы приходим к парадоксу: ведь государству не столь опасен дефолт, чем социальный взрыв обнищавшего населения…
Наследие тоталитарного прошлого
Но всё же самым главным ресурсом выживания Украины и украинцев являются старые советские запасы - то, что было построено, произведено и складировано еще в СССР. Мы прожили на них 23 года и, возможно, спокойно протянем еще лет 10, а то и больше.
Особенно благодарна этому наследию тоталитарного прошлого должна быть украинская армия. Ведь с 1991 года она не получила от государства ровным счетом ничего – за исключением формы и нескольких сотен грузовиков. Все остальное в ней еще советское: бронетехника и артиллерия, автоматы и гранатометы, абсолютно все боеприпасы, даже казармы и стоящие в них кровати.
Если бы 23 года назад украинскую армию пришлось создавать с нуля, сейчас бы ВСУ состояли из роты почетного караула и духового оркестра. Но вышло наоборот: в «українське військо» ужимали и сокращали два военных округа советской армии. Их имущества хватило на то, чтобы торговать им два десятилетия, чтобы Минобороны наживалось на продаже полигонов, а командиры частей сдавали казармы и склады в аренду, чтобы Украина до сих пор являлась обладательницей самого большого в Европе (после России) танкового парка – пусть и неисправного на 90%. Именно благодаря советским запасам украинская армия может вести войну на Донбассе, испытывая нехватку не оружия, а толковых бойцов.
А вот если бы Украина не уничтожила свою долю советского ВПК, то она могла бы сейчас обладать еще большим арсеналом совершенно нового вооружения. Но, увы, диссонанс в головах украинцев привел к тому, что избранная ими власть за несколько лет даже не разворовала, а разграбила доставшуюся её советскую промышленность. Там, где когда-то собирали двигатели для танков, теперь стоят линии производства «Мивины», на «Южмаше» вместо баллистических ракет выпускают кастрюли и мясорубки. И это не самый худший вариант, поскольку ¾ предприятий ВПК просто закрылись и были разрезаны на лом. Тоже, кстати, хороший резерв для выживания, пусть и убогого – в Украине еще можно многое порезать автогеном и болгаркой!
Нынешние крупные и средние производственные предприятия, основа экономики Украины – это приватизированные советские заводы и фабрики. Вместе они составляют от силы 20-30% производственной мощности УССР. Остальное было сокращено, ликвидировано, поросло лесом (в буквальном смысле) или снесено для постройки автостоянок и супермаркетов. Тем не менее, эти 20-30% дают людям работу, вносят свой вклад в экономику страны, досыта кормят своих владельцев и присосавшихся к ним паразитов: политиков, чиновников, офисную челядь, владельцев бутиков и клубов.
Кем были бы Коломойский, Ахметов, Порошенко или Фирташ без этого советского наследия, приватизированного ими по дешевке за стартовые капиталы сомнительного происхождения? Наверное теми, кем они были в СССР – инженерами, завбазами, шахтерами. Нехило же эти люди «выжили» в трудное время конца 80-х начала 90-х! А ведь сейчас в Украине тоже наверняка есть люди, способные подняться подобным образом на волне революции и войны, грабя награбленное. То есть у нас еще есть ресурсы не только для выживания народа, но и для возникновения новых крупных капиталов.
Надолго еще хватит и такого важного ресурса, как коммунальный. Построенного при СССР жилья, школ, больниц, линий общественного транспорта, электростанций и котельных хватило украинцам на 23 года беззаботной жизни. Ведь согласитесь, что перед нами не стоял такой острый жилищный вопрос, как перед нашими родителями. Новые дома и квартиры строили лишь для богатых, желающих улучшить свои жилищные условия. 90% украинцев так и живут в «хатах» советской постройки, в которых сделали «евроремонт». Никому не пришлось решать колоссальную проблему массовой постройки социального жилья, которая вряд ли была бы решена, учитывая, что за два десятилетия государство не смогло обеспечить жильем даже несколько тысяч офицеров.
Наконец, не будем забывать, что, будучи «приватизированным», эти квартиры были и остаются для своих владельцев финансовым резервом. Правда, в районах боевых действий их стоимость резко падает.
Но и тут украинцы удивляют своей несуразностью мышления и отсутствием всякой логики, когда начинают ругать, на чем свет стоит, «проклятое прошлое». Причем чем больше они от этого прошлого получили в свое распоряжение, тем больше его ругают…