Андрей Новак. Валютные качели в Украине — это результат игр на курсе, а не следствие мировых событий

В последние дни в Украине активно обсуждают ситуацию на валютном рынке после заметного ослабления гривны. В банках и обменниках курс доллара поднимался до уровня более 44 гривен, а евро — до около 51–52 гривен. При этом Национальный банк заявляет, что международные резервы Украины остаются рекордными и превышают 57 млрд долларов, что является историческим максимумом для страны. Эксперты отмечают, что эти резервы формируются, в частности, благодаря финансовой помощи международных партнеров и дают НБУ возможность влиять на валютный рынок через интервенции. На этом фоне в информационном пространстве появляются различные объяснения колебаний курса — от глобальных факторов и геополитических рисков до внутренних экономических процессов.

Интернет-издание From-UA попросило прокомментировать ситуацию с курсом валют украинского экономиста, ученого и общественного деятеля Андрея Новака, спросив его о том, каков прогноз по доллару и евро и как это повлияет на украинскую экономику:

— То, что сегодня происходит девальвация гривны, мы слышим объяснения и аргументацию, что это якобы из-за военных событий на Ближнем Востоке. Но на самом деле события на Ближнем Востоке, который находится, во-первых, очень далеко от Украины, а во-вторых, не имеют никакого прямого влияния на курс гривны по двум основным причинам.

Первая причина: Национальный банк Украины сейчас имеет рекордные золотовалютные резервы — 57 млрд долларов. Это в 2,5 раза больше, чем самые большие резервы, которые у НБУ были в самые благополучные мирные годы. Это во-первых.

Во-вторых, при этом Украина сейчас имеет значительно меньшие внешнеэкономические торговые обороты, чем до полномасштабного вторжения. То есть при значительно меньших оборотах внешнеэкономических, имея рекордные, в несколько раз большие золотовалютные резервы, чем при значительно больших оборотах ранее, НБУ имеет все необходимые инструменты и возможности для того, чтобы обеспечивать стабильность денежной единицы. И война в Иране против своих соседей точно не имеет никакого прямого влияния на курс гривны.

Просто сейчас этой войной, очевидно, решили прикрыться, как ширмой, для того, что называется валютные спекуляции. Логика проста: на фоне войны в Иране нефть выросла в цене, «ай-яй-яй», весь мир следит за этим в прямом эфире — вот давайте мы здесь немного поиграем на валютных операциях, на колебаниях гривны туда-сюда. Это именно то, что сейчас на самом деле происходит на валютном рынке.

— А сюда еще относятся и спекуляции на цены на газ, нефть, бензин? Это одна цепочка проблемы?

— То, что сейчас спекулируют на войне на Ближнем Востоке в разных направлениях, это очевидно. Даже на рынке топлива, который якобы находится под влиянием того, что происходит вокруг Ирана, но на самом деле в Украине не было причины для такого резкого, тем более одновременного повышения цен на топливо. Тем более на одинаковую величину по каждому виду топлива во всех основных сетях АЗС в Украине одновременно.

Почему я так говорю? Потому что любая сеть АЗС, особенно в условиях войны и с учетом повышенных рисков, имеет на своих складах запасы топлива минимум на месяц, некоторые на два, а некоторые формируют свои запасы даже на 3 месяца. И поэтому, когда буквально через несколько часов после начала активных военных действий в Иране фактически на всех заправках в Украине одновременно поднимается цена примерно на одинаковую величину — что это означает? Это означает не что иное, как монопольный сговор 5-6 основных игроков крупнейших сетей АЗС.

И в этих условиях возникает очень простой вопрос: а где Антимонопольный комитет Украины? Это его основная функция — следить за тем, чтобы естественные монополисты не слишком поднимали цены на свои товары и услуги, а на тех рынках, где есть возможность монопольных сговоров, не допускать их. Особенно в таких форс-мажорных обстоятельствах, как сейчас эти события на Ближнем Востоке. То есть возникает логичный вопрос: для чего мы, налогоплательщики, содержат этот государственный орган?