«Ситуация контролируемая, но катастрофическая»: в WP рассказали, как растет тревога россиян и Кремля

Пока российские власти публично уверяют, что все под контролем, внутри системы нарастает нервозность. Кремль в авральном режиме пытается реагировать на новую волну украинских ударов беспилотниками, которые уже бьют не только по военной инфраструктуре, но и по самому фундаменту российской экономики.

Как пишет The Washington Post, украинские дроны все глубже проникают на территорию России, поражая критически важные объекты. Только за последние дни под ударами оказались нефтеперерабатывающие заводы сразу в нескольких регионах, завод «ВЗПП-С» в Воронеже, который выпускает компоненты для баллистических ракет, центр спутниковой связи в Дубне под Москвой и химический завод в Туле, связанный с производством боеприпасов.

Эти атаки уже дают ощутимый эффект. Особенно болезненным ударом стала ситуация с топливом. По данным издания, за неделю — с 15 по 21 июня — производство бензина в России обвалилось сразу на 25%. Для огромной страны, которая ведет затяжную войну и зависит от стабильной логистики, это очень серьезный сигнал.

На этом фоне десятки регионов начали ограничивать продажу топлива, а оккупированный Крым вообще оказался в состоянии чрезвычайной ситуации. После украинских ударов там начались перебои со светом, а запасы топлива начали стремительно таять.

Это заставило правительство Путина срочно собирать экстренное совещание. Формально чиновники старались успокоить рынок. Вице-премьер Alexander Novak признал, что ситуация сложная, но заверил, что она контролируется. Министр финансов Антон Силуанов тоже попытался сгладить углы, отрицая резкий рост цен.

Но за закрытыми дверями риторика совсем другая.

Один из бывших высокопоставленных чиновников российского Минфина прямо признал: «Царит атмосфера полной неопределенности. Есть ощущение, что благополучного исхода здесь не видно».

И это уже не только о топливе. Российский фондовый рынок с начала июня просел более чем на 13%. Это крупнейшее падение с осени 2022 года, когда после украинского контрнаступления Россия потеряла важные территории.

Добавляет давления и внешняя ситуация. Donald Trump в последнее время заметно ужесточил риторику в отношении Москвы и допустил усиление санкций. Более того, он публично положительно высказался о Владимире Зеленском и поддержал декларацию G7 о территориальной целостности Украины.

Еще один болезненный удар — падение цены на российскую нефть до примерно 50 долларов за баррель. Для российской экономики, которая живет за счет экспорта сырья, это критично. Особенно сейчас, когда расходы на войну растут, а резервов становится все меньше.

На этом фоне в Москве все громче обсуждают новые способы наполнения бюджета. Российские власти уже изменили бюджетное законодательство, фактически развязав руки Минфину для новых заимствований без одобрения парламента.

Но этого может быть мало.

В бизнес-кругах усиливаются опасения, что государство может добраться до денег граждан. Лидер российской компартии Геннадий Зюганов уже открыто предложил использовать около 130 триллионов рублей, которые лежат на счетах компаний и населения. Параллельно Минфин готовит механизмы доступа к частным пенсионным накоплениям.

Это означает одно: ресурсов становится все меньше.

Даже глава Rosneft Игорь Сечин в письме Путину признал, что убытки нефтеперерабатывающей отрасли стали беспрецедентными. Теперь Кремль рассматривает полный запрет экспорта дизеля, чтобы хоть как-то закрыть внутренний дефицит.

Все это складывается в опасную картину: война, которую Кремль рассчитывал держать подальше от российских городов, все сильнее заходит внутрь страны. И теперь удары Украины бьют уже не только по складам и заводам, а по нервной системе всей российской экономики.

И главный страх Москвы сейчас — не сами дроны, а то, что этот внутренний кризис может начать разваливать систему изнутри.