В «глухой несознанке»

...не нравящиеся ей вопросы.

Что говорит, например, господин Рыбачук во время своего последнего брифинга, отвечая на вопрос о новых разоблачениях, касающихся Сына Бога? Смысл торопливого многословия, которым он разражается, нехитрый: происки политических противников Президента с целью подорвать его репутацию перед парламентскими выборами. С деланным спокойствием он добавляет, что выбросов компромата надо ожидать и впредь. Обществу таким образом внушается мысль: что бы оно ни услышало нелицеприятного о президенте и его семействе, это будет неправда или злонамеренные придирки.

Верховная Рада принимает постановление о моратории на продажу «Криворожстали». Решение, естественно, спорное – иначе за него проголосовали бы все народные депутаты, а не только потребное большинство. Каждая сторона имеет что сказать по существу проблемы. Это существо представляет несомненный общественный интерес. Но что говорит власть – устами даже такого квалифицированного человека, как министр Пинзеник? Она говорит, что сторонники моратория люди беспринципные, что они меняют свои взгляды в зависимости от политической и иной конъюнктуры, что главное для них – испортить обедню власти.

Даже известный эксперт-экономист, к которому очень внимательно прислушивалась прежняя власть (чего, кстати, нельзя сказать о новой, хотя он и у нее состоит в советниках), Пасхавер – даже он утверждает с телевизионного экрана, что целью оппозиционной кампании вокруг приватизации «Криворожстали» является дискредитация украинской власти в мировом и отечественном общественном мнении. Так таки ничего другого?

Надо отдать должное Президенту: он первый, вскоре после инаугурации, подал пример такого объяснения всех проявлений критического внимания к себе и к своей деятельности.

Не секрет, что прежняя власть тоже не раз таким способом реагировала на оппозицию. Но если сравнить, под каким прессом она находилась («кассетный скандал», «кольчужный скандал» и т.д., и т.п.), то нельзя не признать, что нынешняя власть ее может перещеголять, если уже не перещеголяла.

В чем общественная опасность такой политики? Власть выписывает себе разрешение не отвечать на критику и разоблачения по существу и не предпринимать шагов, адекватных демократическим нормам.

Понимает ли тот же господин Рыбачук, а прежде всего, конечно, Президент, что ни одного неудобного вопроса им не удастся замотать? Говоря об ожидающейся президентской декларации Президента, Рыбачук подчеркивает, что Сын Бога – человек взрослый и Отец за него не отвечает. Отсюда следует, что публика может и не дождаться исчерпывающих сведений о необычайно успешном юном предпринимателе. Господин Рыбачук высказывает смехотворную надежду, что журналисты успокоятся, если малый предстанет перед ними собственной особой.

Все они понимают – и Президент, и глава его секретариата, и теперь, наверное, даже Ющенко-младший. Почему же пытаются оттянуть развязку? Почему уходят в «глухую несознанку»? Потому что иначе пришлось бы самим сказать всю правду, а она выставит их в таком виде, что хоть удавись. Вот общество и слышит от них детский лепет про зловредность оппозиции, ничего так не желающей, как бросить тень на светлый образ Бога и Сына и Святаго Оранжевого Духа – в том числе и Духа приватизации.

Что в таких условиях остается делать оппозиции и обществу? Наращивать давление. Продолжать критику, продолжать разоблачения, продолжать требовать наказания виновных. Использовать весь арсенал способов и приемов борьбы – от депутатского запроса до уличной акции.

…Украинец человек покладистый. Он охотно согласится с вами, что Отец не отвечает не только за Сына, но и за собственную тещу. Но он, украинец, выразив такое согласие, тут же скажет: «Ну, а все-таки откуда у парня средства на такую роскошную жизнь? И как все-таки теща, дай ей Бог долгих лет жизни, добиралась из-за океана на инаугурацию зятя?»