Их праздник

…в чтение газеты. Приятно, когда государственный деятель так хорошо выглядит. Приятно, что читать государственный деятель умеет…

Я посидел еще чуть-чуть и отправился с Подола на Крещатик. А на Майдане – красота! Палатки, жлобье вытанцовывает пьяное! Костры только гопники не жгут, но, мне кажется, скоро начнут. Что отмечают-то? А… Понял… Шарфики «помаранчевые», подковы везде нарисованы… Годовщина! Празднует народ. Это народ, не жлобье, не гопники. Это я перепутал. Просто похожи очень все вытанцовывающие и выводящие пьяными голосами о том, что пора «москалям до хаты!» на выходцев из страны ночных кошмаров. Майдан все стерпит. Как терпит палатки эти нелепые, носки, на палатках развешенные (центр Европы, говорите?), пьянь и рвань, невесть каким ветром в центр Европы надутые. А мимо ходят люди, косясь из-под воротников поднятых на народное гуляние. Вероятно, вспоминают люди, как все было три года назад. И я вспомнил…

…Обида была страшная в тот вечер! Как так? Что делать?! Надо на улицу идти, надо предпринимать что-то! Тут сосед позвонил, аналогичными чувствами переполненный. Что делать? Ехать! Не быть равнодушным!

- Я на Майдан, - выдохнул в трубку, - ты едешь?

Он не поехал. Поехала со мной моя девушка. Мы вышли из метро, и я понял, что не все потеряно. Я увидел море людей. Я помню их лица. Это не те гоблинские рожи, что вытанцовывают и поют шовинистические куплеты сегодня, это были лица людей умных, решительных, готовых на поступок. Вышли киевляне. Не приезжие из карпатских сел (этих позже навезут, многие здесь и останутся), не гопота (тем все до лампочки, они и сегодня НУНС от СКУНС не отличают), а та прослойка незначительная, что на улицу современного Киева с большой неохотой выходит, это те, кто «Караоке на Майдане» не смотрят и Могилевскую не слушают. КИЕВЛЯНЕ. Те, кого не вытравило жлобство каленым железом, не выветрило хамство. Они вышли. И зря пишут сейчас знатоки, не видевшие этого (или очень издалека видевшие), о том, что, мол, пьянь на Майдан тогда пригнали. Нет. Это был момент единения, момент, когда каждый ощутил себя ЛИЧНОСТЬЮ. Я видел одного пьяного за все время, пока «стоял» Майдан. Его моментально куда-то уволокли. Мороз страшный, а пьяных не было…

…Луценко

Как он умел завести людей (намеренно не пишу – толпу, толпа не знает, что делает, а народ тогда знал), как импонировал своим радикализмом, своими слоганами, неутомимостью рождения своих тезисов.

- Сейчас власть приняла решение подавить народное выступление! Не дадим!!!
- Не дадим!!! – вторил Майдан.

Через день:

- Власть бросила на подавление Майдана спецназ! – кричит Луценко.

Все бегут искать спецназ. Не находят…

Потом уже те, кто мозги имел – поняли. «Гонит» Луценко. Напряжение в сети поддерживает, чтобы короткого замыкания не получилось.

- Сегодня вы нам нужны, как никогда! Именно сегодня!

На следующий день:

- Все! Сегодня решающий день! Не расходитесь!!!

Еще через день:

- Сегодня нам нельзя расходиться! Именно сегодня!!!

Мальчик, который кричал каждый день «волки!». Но люди верили…

…Ющенко

Он все время опаздывал. Я не помню ни разу, когда бы он приехал вовремя. Опаздывал на час, на два. Потом появлялся на сцене, и народ начинал беситься – «Ющщ…щен…кко!!!». Он говорил хорошие, умные слова. Ему верили. Он казался сильным. Не слюной, не трепачом, не подлецом и не трусом. Его хотели видеть во главе государства…

…Юля

Она появлялась, как солнце в студеный день, как свет в конце туннеля. Всем думалось – пока она с нами, нам ничего не страшно. Так искренне хотелось верить и верилось, что не власть безграничная ей нужна, а Украина… Как любовались тогда поцелуями Тимошенко и Ющенко. Да они попросту созданы друг для друга! Он начнет оскорблять ее прилюдно менее чем через полгода…

…и прочие Жвании

На этих тоже смотрели с умилением, прощали им «Бентли» и особняки в Конче-Заспе, готовы были простить прошлое ради будущего…

И будущее наступило. Прошло три года. Вышли те, кого здесь тогда не было, на Майдан «отмечать». Попивал фреш в тихом заведении бывший технический премьер, сменивший по воле бывших «друзей» ту, которая вспоминает о народе лишь в преддверии выборов. Шел по Майдану я, имеющий грамоту за подписью того, кто меня предал. Шли мимо тех, кто приехал сейчас, но кого здесь тогда не было те, кто здесь тогда были. Смотрели на празднование, более похожее на попойку, и, еще больше закутываясь в воротники пальто, продолжали путь. Домой, к сериалам, к жене, к детям. Пройти быстрее мимо гопников, золотозубо скалящихся и песни горланящих. Им весело. Это их праздник. Не наш…