Три дня на Первой Мировой: день второй – урочище Пантер. ФОТО

Продолжаем рассказ о экспедиции, приуроченной к 100-летию начала Первой Мировой войны.

Поисковики отправились в самое сердце Карпат – горный массив в округе горы Сивуля на границе Ивано-Франковской и Закарпатской областей. Здесь, на полуторакилометровой высоте над уровнем моря развернулись боевые действия между Российской Императорской армией под командованием генерала Брусилова и австро-венгерскими войсками, пишет ВОО «Союз «Народная Память»

Сегодня нам пришлось вспомнить, что такое затяжной пеший подьем в горы. Часть запланированного маршрута мы преодолели под девизом «в тесноте, да не в обиде» - на борту легенды советского автопрома – УАЗа – 469. Следует отдать должное любимой  машине армейского начальства  и председателей колхозов: она с одинаковой легкостью двигалась, что вдоль ухабистого берега притока реки Быстрицы, что прямо по ее дну.

Спасовал наш «бобик» только перед размытым дождями, которые, как нам сказали, не прекращались 2 летних месяца, склоном хребта «Малая Рожанка». …Спешились, нагрузились поисковой и видеоаппаратурой, тронулись вверх, в сторону разорванных в клочья верхушками смерек низких облаков.

В назидание нашим коллегам и последователям следует отметить, что до конечной точки маршрута мы бы дошли намного быстрее, если бы некоторые участники экспедиции не отнеслись легкомысленно к своей обуви. Мокрая глина склона стала настоящим испытанием для обладателей кроссовок и тапочек. Однако, нельзя не отметить мужество, с которым перенесли бой с чавкающим подъемом поисковики обоих полов – слабаков и нытиков среди нас не оказалось!

Подъем, по которому вела нас вполне доступная  для хорошего внедорожника (военная?) дорога, закончился живописной полониной, по краю которой четко видна извилистая нитка хода сообщения 

Во время короткого привала собрали металлоискатели – не терпелось узнать чьи окопы. Первая находка не заставила себя долго ждать – австрийский «кугель» (Kugelrohrhandgranate) – примитивная, даже для начала прошлого века ручная граната, где в одной конструкции сошлись чугун, картон,  ткань и парафин. Увы,  о многом  эта находка рассказать не смогла, а красноречивого гильзового «настрела» поблизости не оказалось.

Уже на верхнем урезе полонины  и леса мы поняли,  что идем по старой польско-чехословацкой границе: появились бетонные столбики с  латинскими буквами «P» и «S» на противоположных сторонах, которые,  говорят местные, стояли здесь через каждые100 метров.

Вскоре увидели и километровую отметку границы – массивный столбик с польским «белым орлом» и чехословацким «стоящим львом» между ними дата – 1923 – год демаркации госграниц, явившейся для этого европейского региона итогом Первой Мировой войны.

Вскоре столбики дали знать, что граница, проложенная поперек горной гряды с севера на юг, на ее вершине под прямым углом повернула на запад. За ней повернула и наша группа.

Сюда, в урочище Пантер, которое своей западной оконечностью выходит на гору с «ласковым» названием  «Дурня», привел  нас рассказ хозяина отеля – Вячеслава Яремовича. Он видел там не только многочисленные окопы, но и бетонное сооружение,  в котором находилась какая-то часть пушки, по местному - «каноны».

Действительно, окопы и траншеи со стрелковыми ячейками, обращенными к востоку, плотно накрыли хребет вдоль старой границы на протяжении полутора километров. Наши металлоискатели не умолкали из-за встречавшихся на каждом шагу манлихеровских патронов. Обилие брошенных боеприпасов вызывало удивление:  при полном отсутствии стреляных гильз характерные рамочные обоймы – «пачки» на 5 патронов лежали под слоем мха от 1 до 10 штук сразу, и на нашем пути их были брошены сотни. Почти все датированы 1915 – 1916 годами.

Скоро однообразные боеприпасы утолили исследовательский зуд и внимание помимо воли стало переключаться на белые грибы, для которых высота и влажность хребта оказались оптимальными. Карпатские белые грибы можно воспевать, как Паниковский свою любимую птицу – гуся: упругие, недряхлеющие даже при размере в суповую тарелку, они не бывают червивыми, необычайно красивы, а уж про вкус и говорить нечего.

…Патронно-грибной хребет стал понижаться к очередной, окруженной лесом полонине - Пантер. А вот и бетонный куб, обращенный единственной амбразурой в сторону полонины. По классификации ДОТов более всего подходит к артиллерийскому полукапониру, только стенки и крыша тонковаты на теперешний взгляд, но впринципе - понятно: защита орудия не рассчитывалась на артобстрел.

Эта единственная на укрепленном рубеже «Канона» , прикрывала пологий подьем к нему со стороны полонины и должна была осыпать шрапнелью атакующую пехоту. Стояла в ней, судя по высоте от пола до амбразуры, 75 – миллиметровая пушка Ландера на тумбовом лафете, следов которой, несмотря на  наши ожидания, обнаружить, не удалось.

Видя наше огорчение по этому поводу, проводник Василь, предложил поискать остатки пушки в ближайшей округе ниже ДОТа – он слышал, что их пытались утащить «металоломщики», но, выбившись из сил, припрятали «добычу» где-то поблизости. Увы, поиски увенчались только «кладкой» на бруствере одного из окопов из трех гранат – «кукурузин».

«Кукурузой» поисковики называют австрийские ручные гранаты, военного выпуска упрощенной конструкции: насеченный на осколки чугунный корпус, да приваренная к нему проволочная рукоять загнутая так, что ее удобно повесить как на поясной ремень так и на проволочное заграждение в качестве растяжки.