Кабинет Министров Украины принял постановление, позволяющее мужчинам в возрасте от 18 до 22 лет пересекать государственную границу в любом направлении во время военного положения. Это существенное послабление, ведь ранее мужчины в возрасте от 18 до 60 лет не имели права покидать страну. Нововведение, вступившее в силу немедленно, вызвало оживленное обсуждение в обществе, а также спровоцировало очереди на границе, особенно на выезд в Польшу. При этом пограничники утверждают, что существенного увеличения пассажиропотока не зафиксировано.
Соответствующие изменения в законодательстве, как утверждают в правительстве, призваны способствовать международной академической мобильности и предоставить молодежи возможность продолжить обучение за рубежом. Однако в обществе возникло много вопросов относительно того, как такая норма повлияет на будущее страны.
Интернет-издание From-UA попросило прокомментировать это решение политолога, заместителя директора Агентства моделирования ситуаций Алексея Голобуцкого. Наш вопрос касался причин принятия этого решения и его возможных последствий для Украины:
– Причины этого решения могут быть совершенно разные — как демографические, так и электоральные. Власть хочет показать, что она очень заботится о молодежи. Тем более мы видели сигналы во время протестов за НАБУ и САП, которые продемонстрировали, что молодежь, особенно очень молодая, не является большими сторонниками нынешней власти. Это определенное послабление для них. Это один момент.
Есть и другой момент — демографический. Хотя ситуация с демографией в Украине действительно ужасная, я не очень верю, что это решение ее решит. На самом деле здесь целый спектр проблем. Но я боюсь, что никто стратегически особо не думал. Была задача сделать что-то, что поднимет рейтинг, — и вот они это сделали. Очевидно, власть ориентируется на то, что в ближайшие месяцы будет перемирие или прекращение огня, потому что по-другому объяснить это трудно.
Скажем так: я читал очень много мнений военных, которые пишут, что это беспредел. Ведь люди, которые добровольно ушли на фронт или были мобилизованы в возрасте 45+, будут воевать до победы, как сказал наш президент. Но мы прекрасно понимаем, что у человека после 45–50 лет ресурс уже исчерпан. Это не 18–20-летний человек. Армия всегда была построена на молодых, а не на старших. То есть такое решение в любом случае вызывает главный вопрос, который постоянно находится в центре внимания, — вопрос справедливости.
Мы прекрасно понимаем: всем, кто имеет деньги в нашей стране, для их детей выезд из страны никогда не был проблемой. Это все знают. Мы видим детей политиков, бизнесменов и т. д. — для них это не проблема. Есть четкая такса: все коммерциализировано, и не только благодаря связям. Платишь от 5 до 10 тысяч — и ты уезжаешь за границу. Конечно, то, что произошло, только еще раз подчеркнуло определенную несправедливость. И это, безусловно, будет вызывать вопросы в будущем.
– Уже возникает вопрос. Гончаренко подал законопроект о выезде всех мужчин, а депутат от «Слуги народа» Вениславский — о разрешении до 24 лет.
– Это все часть избирательной кампании, понятно. Она началась. Но я не понимаю: почему нельзя выпускать 24-летних? Почему именно ограничение остановили на 22 годах?
– А вернутся ли эти молодые люди, которые сейчас уезжают?
– Здесь все индивидуально. Те, кто не найдет себя, могут вернуться. Молодежь, конечно, гораздо более мобильна, чем люди более зрелого возраста. В 18–22 года жизнь только начинается. Если они найдут себя на Западе — в европейских странах, — то часть, возможно, вернется из патриотических соображений. Есть люди, которые не могут ассимилироваться в другой стране: языковая, ментальная проблема. Но больше это касается возрастной группы 45+, им труднее всего. А молодые люди ассимилируются значительно проще.
Возвращение будет зависеть от того, увидят ли они перспективу. Например, я в свои 49 лет понимаю собственные перспективы: у меня выгоды уже практически нет. У них же все впереди. Но если они осознают, что и через 10 лет, когда им будет 35, страна останется безнадежной, коррумпированной, бедной и, возможно, снова в состоянии войны, — это, конечно, будет сдерживать их возвращение.
С электоральной точки зрения опорой любой власти всегда были люди старшего возраста. Они дисциплинированны, привязаны к пенсиям, бюджетам, социальным выплатам. Это звучит цинично, но ими манипулировать значительно легче, чем заниматься различными программами для молодежи. Поэтому, если к выборам не вернется огромное количество активных украинцев со своей позицией, желающих менять жизнь, — для власти это не самый худший вариант. И речь здесь не только о «зеленых», а о любой власти.