В российском военном сегменте вспыхнул скандал, который сами пропагандисты называют настоящей катастрофой.
С 10 февраля 2026 года Роскомнадзор начал официально ограничивать работу Telegram, что мгновенно отразилось на управляемости оккупационных войск.
Авторы Z-каналов и участники боевых действий в один голос заявляют, что блокировка мессенджера фактически «добивает» фронт: связь деградирует, передача координат срывается, а приказы перестают доходить до исполнителей.
Российский мобилизованный, автор канала «Убежище 8», признает, что значительная часть оперативного управления до сих пор держалась именно на Telegram, и теперь эта хрупкая система окончательно рушится.
Ситуация для агрессора усугубляется тем, что альтернативные каналы связи либо отсутствуют, либо недееспособны. Как отмечают Z-военкоры, Starlink для российской армии не работает, а специализированные военные мессенджеры крайне нестабильны.
Для их использования требуются «прошитые» смартфоны, которые солдаты вынуждены покупать за свои деньги, но даже это не гарантирует связи — софт постоянно «слетает», оставляя подразделения в информационном вакууме на целые недели. Пока пропагандисты рассуждают о «цифровом суверенитете», на передовой нарастает хаос, вызванный отсутствием единой защищенной среды для взаимодействия.
На этом фоне РБК, ссылаясь на источники в индустрии, подтвердил, что замедление Telegram является целенаправленной политикой властей. Ограничения начались еще в понедельник, а во вторник пользователи по всей России зафиксировали массовые сбои в работе сервиса.
Официально меры объясняются борьбой с «террористическим контентом» и отказом мессенджера удалять запрещенную информацию, однако реальным результатом стало разрушение коммуникационных цепочек собственной армии. Роскомнадзор подтвердил продолжение ограничений, давая понять, что бесперебойной работы сервиса в ближайшее время ждать не стоит.
Такой шаг Кремля вызвал не только оперативный, но и моральный кризис в рядах оккупантов. Военные блогеры открыто обвиняют руководство страны в саботаже и некомпетентности, заявляя, что решения о блокировке принимаются людьми, бесконечно далекими от реалий современной войны.
Пока Москва пытается установить тотальный контроль над информационным полем внутри страны, ее армия на фронте остается без самого востребованного инструмента управления. Это создает дополнительные возможности для Сил обороны Украины, в то время как российская система коммуникаций продолжает медленно, но уверенно распадаться на фоне «тихого выключения» сети.