В феврале этого года завершился срок действия американо-российского соглашения по стратегическим вооружениям, которое более 50 лет удерживало под контролем крупнейшие ядерные арсеналы планеты. Речь идет о последнем действующем договоре — СНВ-3. Его прекращение впервые полностью сняло формальные ограничения на количество развернутых боеголовок у двух крупнейших ядерных держав, пишет Visual Capitalist.
Россия заявила, что готова и дальше придерживаться лимитов СНВ-3, если Соединенные Штаты будут действовать зеркально. Вашингтон же настаивает: новый договор возможен только при участии Китая. Пекин, в свою очередь, отказывается от переговоров и не готов присоединяться к формату контроля вооружений.
По данным Федерации американских ученых, сегодня на США и Россию приходится 83% всех накопленных в мире ядерных боеголовок и около 86% общего глобального арсенала. Это означает, что именно решения Вашингтона и Москвы определяют стратегический баланс.
За последние пять лет американские запасы сократились примерно на 1,3%. Российские показатели практически не изменились. При этом эксперты допускают, что Москва способна начать постепенное наращивание своего арсенала.
Третье место по темпам роста занимает Китай. С 2020 года его арсенал увеличился с 350 до 600 боеголовок. В 2024 году Пекин публично продемонстрировал свои ядерные ракеты на военном параде, дав понять, что рассматривает ядерный потенциал как ключевой элемент своей глобальной стратегии. По ряду оценок, к 2030 году китайский арсенал может достичь 1000 боеголовок.
Индия сегодня располагает примерно 180 боеголовками и за последние пять лет увеличила их количество на 20%. Пакистан также расширяет свои запасы, хотя менее интенсивно.
Эксперты подчеркивают: нынешнее расширение арсеналов фактически ломает 40-летнюю тенденцию сокращения стратегических вооружений, начавшуюся еще в конце холодной войны. Мир постепенно выходит из относительно стабильной двухполярной системы и движется к более сложной, многополярной ядерной конфигурации.
Это уже не прежняя модель баланса между двумя сверхдержавами. Это новая эпоха, в которой игроков больше, а правил — меньше.