На Харьковском направлении ситуация накалилась до предела, особенно в многострадальном Волчанске. Как сообщил в эфире телемарафона «Єдині новини» начальник управления коммуникаций группировки Объединенных сил Виктор Трегубов, город сейчас представляет собой сплошные руины.
Большая часть этих развалин, к сожалению, перешла под контроль российских войск. В отличие от Купянска, где вражеские группы заблокированы в отдельных зданиях и отрезаны от своих, в Волчанске у оккупантов налажено прямое и бесперебойное снабжение ресурсами непосредственно с территории России, что позволяет им постоянно наращивать давление.
Украинское присутствие все еще сохраняется в южной части города, но удерживать позиции в полностью разрушенном населенном пункте — задача за гранью человеческих возможностей. Противник это понимает и пытается реализовать план по окружению Сил обороны. Трегубов подчеркнул: «Большая часть Волчанска сейчас, объективно — это руины. И большая часть руин, к сожалению, находится под контролем российских сил. Несмотря на то, что на юге города сохраняется украинское присутствие, враг пытается его ликвидировать».
Тактика россиян сейчас сводится к активным фланговым атакам. Они стремятся не просто выдавить украинских военных, а зайти на Волчанские Хутора и полностью перекрыть пути отхода.
«То есть просто охватить украинские войска на юге города и заставить их отойти или вообще попасть в окружение. Не удается, но очень активно пытаются. Там действительно сложно — в разрушенном городе непросто держать какую-то оборону», — добавил военный. Прямая близость границы играет на руку агрессору, позволяя оперативно подбрасывать резервы и технику.
Несмотря на колоссальное давление и постоянные попытки «клещей», украинские защитники продолжают срывать планы врага по полному захвату локации. Тем не менее, интенсивность боев не падает, а превращение города в серую зону из обломков делает логистику и оборону южных кварталов крайне рискованной операцией. Весь мир сейчас видит результат «русского мира»: захваченные территории — это буквально выжженная земля, где не осталось ни одного целого кирпича.