Эрогенные зоны украинской истории

Министерство образования направило львовским чиновникам приказ, согласно которому все учебники должны быть согласованы с министерством. Руководителям учебных заведений грозят санкциями за использование на уроках истории пособий, содержащих факты, выброшенные из официального учебника. Иными словами, киевским чиновникам не нравится львовская версия истории про УПА и Голодомор.

Мы решили посмотреть на проблему «двойственности» украинской истории шире и спросили у наших экспертов - нормально ли, что в одном государстве параллельно существуют несколько альтернативных и вполне официальных историй? К чему это может привести?

В Советском Союзе про альтернативную трактовку истории даже не слышали и не подозревали. Тем не менее, в 90-е она буквально взорвала общество изнутри. К чему может привести современное табуирование определенных тем? Возможно ли существование единой истории для Украины в принципе? Ведь с определенной периодичностью власть у нас меняется на идеологически противоположную. Что же, каждый раз переписывать учебники заново?! Когда, наконец, история Украины станет одинаковой для западной и восточной ее части? Что для этого делается или необходимо сделать? Обо всем этом Новости Украины – From-UA спросили у компетентных экспертов.


Политолог, директор Киевского центра политических исследований и конфликтологии Михаил Погребинский не согласен с тем, что существует табуирование отдельных тем, и полностью поддерживает общегосударственную позицию: «Надо говорить правду… А правду надо определять на общегосударственном уровне, а не на уровне Фарион. Они же не показывают в своих учебниках, как они присягали Гитлеру, как они встречали его с цветами. Ну так скажите правду! Пусть каждый учитель в Галичине, во Львове интерпретирует так: не было другого выхода, надо было спасать независимость, поэтому мы присягали Гитлеру. Надо ученику сказать правду, и каждый для себя будет решать — хорошо это или плохо, как относиться к решению Совета Европы о том, что люди, которые присягали Гитлеру, не могут быть героями».

Господин Погребинский возмущен тем, что люди у нас не всегда видят разницу между правдой и пропагандой: «Если бы у нас была другая культура, во-первых, люди бы не избирали Фарион депутатом. Человек, который требует, чтобы 3-летние детишки назывались не Мариями, а Марийками, а если нет — то «чемодан — вокзал — Россия», этот человек должен быть нерукоподаваемый, а по немецкому законодательству уже уголовно преследуемый».

«При такой политической культуре фашисты у нас будут членами парламента. Никогда фашисты не занимались просвещением людей, они занимались пропагандой. Поэтому в своей деятельности по учебникам они занимаются пропагандой, то есть тем, чем занималась советская власть, только наоборот, - продолжает политолог. - Этого допустить нельзя. Если есть одно государство и у него есть одни законы, то надо, чтобы это была не пропаганда, а была возможность детям услышать правду, иначе эти дети готовы будут погибать за того, кто присягал Гитлеру».

«На Украине вопросы обострены в силу регионализации, в силу того, что есть ряд тем, которые не воспринимаются на западе Украины, и те, которые не воспринимаются на востоке. То, что хорошо в курсе истории для одних, может быть плохо для других. Вероятно, в Министерстве образования Украины признано, что педалирование этих тем в том стиле, в котором это было принято во времена Ющенко, достигает обратного результата. Регионалы же поставили перед собой цель объединять Украину, а эти темы раскалывают», - так полагает российский политический деятель, член комитета Госдумы по делам СНГ и связям с соотечественниками Константин Затулин.

Как считает эксперт, история ОУН-УПА, трактовка голода 30-х годов как геноцида (что вошло в закон, принятый ВР) в историческом кругу вещей более чем спорны: «У нас на это своя точка зрения. Я понимаю, что украинская точка зрения может от нее отличаться».

У господина Затулина особого беспокойства не вызывает то, что во Львовской или в другой западной области Украины в результате всего этого сориентируются на новую версию истории и тут же забудут про эти темы: «Конечно, хочется пролить слезы над несчастной судьбой людей, проживающих на Западной Украине, которые лишены возможности и дальше рассказывать о том, что голодомор был геноцидом украинского народа — на той самой Западной Украине, которая никакого отношения к голодомору и голоду вообще не имела, ибо была в составе другого государства. Но я думаю, что они найдут возможность, несмотря на все эти циркуляры, продолжать свою прежнюю историческую практику».


Украинский археолог, историк, академик, директор Института археологии НАНУ Петр Толочко не поддерживает существование нескольких альтернативных историй в одной стране: «Я смотрю на Западную Украину, и мне кажется, что они вообще перешли на автономный режим существования: они не подчиняются власти, они денонсируют законы, которые принимает ВР, они не подчиняются Министерству образования. У них могут быть какие-то учебные пособия по своему краеведению, которое отличается от общего курса, но общий, канонический курс должен быть, и они обязаны его изучать, иначе это уже не страна».

Петр Толочко считает, что общая история все-таки должна быть канонической для всей Украины, иначе начнется распад: «В СССР альтернативную историю не то что запрещали, ее просто не было. Была одна концепция, одна идеология и одна трактовка. Но это уже прошлое, СССР уже более 20 лет нет. Нам надо говорить об Украине. Вы представляете себе, что Галичина сделает свой учебник с Бандерой, на юге сделают свой с Екатериной Великой и Потемкиным, на Волыни свой учебник - ну и что будет твориться в стране? Я не думаю, что в каждом регионе должен быть свой учебник. Я повторяю, что учебные пособия могут быть в каждом регионе, где дается более расширенный курс местной истории».

С господином Толочко соглашается общественный и политический деятель, переводчик, писатель, доктор физико-математических наук Максим Стриха, который считает, что если мы согласимся с тем, чтобы каждый регион издавал свои учебники, то на будущем нашей страны можно поставить крест: «Можно было бы, в конце концов, придумать другую гипотетичную ситуацию. Например, когда в каком-нибудь регионе страны издадут местный учебник, где будет утверждаться, что настоящими героями нашей истории были ветераны НКВД, которые славно расстреливали буржуазных националистов, к сожалению, не всех расстреляли. Сторонников таких взглядов достаточно. Недавно один известный нардеп-коммунист озвучивал это на ТВ».

«Другое дело, какое должно быть содержание общенациональных учебников. В последнее время происходит открытая идеологизация учебников, замена научных терминов на постсоветские идеологические клише, например, когда нейтральный термин Вторая мировая война заменяется на Великая Отечественная война, который несет явную идеологическую окраску, то понятно, что это не есть деполитизация», - по мнению господина Стрихи это политизация средней школы с целью возвращения к тем стереотипам, которые были до того, как Украина стала независимой.

Он видит трагедию Украины в том, что Министерство образования находится в руках тех, кто неприязненно относится к самому существованию независимой Украины, и уверен, что общественность должна оказывать этому сопротивление конституционными методами: «Очевидно, что надо находить способ донести до детей правдивое видение истории, а не по постсоветским учебникам, которые сегодня издает Министерство образования. Но как это делать в стране, которая становится все более авторитарной да еще и с привкусом тоталитаризма, однозначного ответа нет. Но путь, который предложили во Львове, это путь к тому, что в Украине в будущем в каждом регионе появятся свои учебники».


По мнению украинского писателя, преподавателя, кинематографиста Андрея Куркова, такая ситуация сама по себе ненормальная: «А все, что вытекает из ненормальной ситуации, не может быть нормальным. У нас государство с двумя ментальностями, с двумя историями и с двумя наборами героев».

«Табуирование каких-то тем приведет только к тому, что они будут еще более востребованными в том регионе, где они запрещены», - убежден он.

На вопрос корреспондента Новости Украины - From-UA, когда история Украины будет одинаковой для западной и восточной частей и что для этого надо сделать, господин Курков ответил: «В стране 20 лет не было концепции внутренней политики объединения двух частей Украины с двумя разными историями, поэтому все надо начинать с нуля, с утверждения концепции внутренней политики».

Народный артист Украины, политический деятель Богдан Бенюк отмечает, что эти проблемы не новы, и в их существовании не виноваты ни Табачник, ни те люди, которые против решений, которые выносит Министерство образования: «Самая важная та фраза, которая звучит очень мудро, — что «рыба гниет с головы». И пока мы не знаем, куда мы движемся, какую страну мы строим в центре Европы и для чего, до тех пор и Министерство образования будет залезать, как говорят в Одессе, в «интересное положение», потому что одни отстаивают свое мнение, которое им пришло в голову три года назад, а другие — свое, и порядка не будет никогда, пока не придут к общему мнению, какое у нас должно быть образование и кого мы должны воспитывать — патриотов или не патриотов».

В вопросе о табуировании господин Бенюк согласен с господином Курковым: «Те темы, которые запрещены, всегда вызывают интерес. Если у людей будет больше интереса в познании нашей истории с разных точек зрения, это будет только плюс, и никто это запретить не сможет. Это то же самое, как говорить или нет на украинском языке. Этот закон о региональных языках из разряда тех, которые вроде бы и ни к чему не обязывают, а с другой стороны, это тема-раздражитель, но, к сожалению, не приводящая к серьезным решениям».


Украинская писательница, певица, журналистка Ирэна Карпа призывает к организации забастовок против таких совершенно идиотских изменений в образовательной программе: «С одной стороны, государственная программа должна быть унифицирована, а с другой стороны, если львовские учебные заведения согласятся с этим, то это можно считать аналогией с тем, что солдаты будут исполнять преступные приказы своего начальства — Минобразования. Поэтому надо бастовать, иначе мы ничего не добьемся. На диалог с этой властью я уже давно не хочу идти. У меня давно уже есть четкая позиция — что они гондоны. Вот и люди должны то, что они говорят на кухне, сказать им».

Писательница планирует отдать своего ребенка во французскую школу, где программа французского Министерства образования, а чтобы ребенок хорошо знал украинский язык и украинскую историю, она наймет репетитора: «У меня лично такой план, потому что потакать дебилизации населения, которое ввел Табачник и другие параноики, я не хочу. Детям сейчас такую кашу в голове устраивают: им рассказывают, что Сталин был нормальный — а ничего, что он их прабабушек заморил голодом? Лучше заниматься с репетиторами и учить ребенка самим дома, чем если из него будут делать дебила».

По словам Ирэны Карпы, правительству выгодно переиздавать учебники, ведь это очередное отмывание денег.

Это проблема, говорит госпожа Карпа, влияет на авторитет школы, потому что вы успели дать своему ребенку какую-то информацию, а в школе ему учительница вынуждена рассказывать какую-то чепуху, согласно тому, что написано в учебниках: «Это двойные стандарты морали, это возврат к СССР, когда мы ходили колядовали, Николай к нам приходил, детей крестили, но в школе рассказывали, что Николая нет, что колядовать нельзя, что жовто-блакитного прапора не существует. И это реально плохо воздействует на психику детей».