...не подписывали. «Главный писатель» страны Владимир Яворивский и не чешется. А, наверное, надо бы. Ведь, выходит, что мнением по определению свободных творцов распорядились без их участия. Впрочем, что в этом нового для Яворивского? Он и сам неоднократно распоряжался даже не чужими мнениями, а чужими жизнями. И вопросы согласования с теми, на кого он стучал КГБ, волновали его меньше всего.
По Интернету пополз упорный слух, что украинские писатели на самом деле не подписывали никакого "письма 12-и". Скажем, Слух: подписанты "письма 12" молчат потому, что не знают, что делать, письма они не видели и не подписывали
пользователи "Живого журнала" – это такое мини Интернет пространство вроде клуба по интересам, утверждают, что подписанты, фактически "подмахнули чистый лист". Якобы, все они получили "мыло", где была изложена идея написать открытое письмо о том, как необходима демократия Украине, как было бы хорошо, если бы развивалась украинская культура, и высказать сомнения в целесообразности голосования за Януковича, потому что он вроде как не сможет обеспечить желаемого. С идеей они в принципе согласились, однако относительно текста письма с ними никто не советовался. В данном случае "электронная подпись" – упоминание имени и фамилии в списке подписантов, тем и хороша, что ее можно поставить и в отсутствие человека.
О факте выхода письма и о его содержании подписанты, якобы, узнали лишь от журналистов, обратившихся к ним с просьбой прокомментировать текст, и теперь не знают что делать. С одной стороны их подставили: ведущие российские деятели культуры резко раскритиковали "письмо 12". Так Николай Бурляев назвал письмо "визгом бесенка". Владимир Меньшов охарактеризовал письмо как "совершенно "бездарное заявление", "творчески бездарное", уточнив, что "пишут политические провокаторы, но не писатели". А Марк Захаров вообще отказался комментировать скандальное письмо, заявив, что ему просто жалко "черных пиарщиков": "Писатели даже в острой дискуссии не должны опускаться ниже определенного лексического уровня, в противном случае, они перестают быть писателями". С другой – Виктор Ющенко уже не оставил невольным "авторам" шанса отказаться от подписей, выразив всем 12-и поименно "искреннее уважение и благодарность за поддержку, которую вы засвидетельствовали мне в своем обращении".
Вполне возможно, что не знающие теперь, за что хвататься, писатели на самом деле не имеют отношения к авторству откровенно шовинистического заявления. Однако, из содержания дискуссии в "Живом журнале" следует, что в неприятности они попали по собственной вине. Один из участников дискуссии утверждает, что подписать заявление предлагали также и Жадану (Сергей Жадан – вице-президент Ассоциации украинских писателей), и тот на уровне идеи согласился, а когда увидел текст письма, категорически отказался. Не ждите упоминания официальных источников. До тех пор, пока подписанты или другие писатели, которые отказались ставить свои подписи, не подтвердят или не опровергнут этой информации в присутствии прессы, все это останется лишь слухами или пересказами приватных бесед. В этом недостаток, и одновременно основное достоинство "Паутины" – пока в ней позволено анонимное общение, ни бюрократам, ни демократам не удастся взять Интернет под полный контроль. Несмотря на все потуги.
Однако, уже одно предположение о том, что "правила игры" в среде украинских писателей принципиально допускают возможность "подписать" за что-то или против чего-то творческую (а значит по определению свободную) личность без ее согласия, наводит на неутешительные размышления. Тут, наверное, следовало бы сказать, что Союзу писателей как, так сказать, "руководящей и направляющей силе" Владимиру Яворивскому следовало бы отреагировать на появление "закона джунглей" в среде писателей, но просить его об этом бессмысленно. Бывший "честный КГБист" сам неоднократно подставлял своих коллег и Владимиру Яворивскому как его главе, следовало бы разобраться с этим "законом джунглей" для творцов. Однако, апелляция к Яворивскому в данном случае будет абсолютно бессмысленной. И не только потому, что его нынешний босс – Ющенко получил, наконец, возможность размахивать "письмом 12", заявляя о "широкой поддержке" его кандидатуры в среде творческой интеллигенции. Но еще и потому, что подобные методы Яворивского не волнуют, бывший "честный КГБист" сам неоднократно подставлял своих коллег, сдавал их советским карательным органам, нимало не беспокоясь их дальнейшей судьбой. Да и не до того ему, если честно. "Писательское хобби" – многочисленные финансовые махинации, собственный мясокомбинат, несколько сахарозаводов, счета в американских банках практически не оставляют времени на решение проблем "этического регулирования" отношений внутри творческой среды.
С навязываемыми всем отпрыскам "предрассудками" о том, что ябедничать – нехорошо, Владимир Александрович расстался еще в ноябре 96-го. Тогда он "настучал" на гражданина Чехословакии Мольнара, которого подозревали в связях с западными разведцентрами. И тот мгновенно попал "под колпак": "до кучи" его заподозрили еще и в сочувствии "пражской оппозиции" и установили за ним слежку. Заметим, что на тот момент Яворивский "барабанил" не под принуждением КГБ, "договор" с гебистами был подписан значительно позже. А подстава Молнара была своеобразной "пробой пера".
Неизбежной частью "творческого пути" Яворивского подставы и стукачество стали с августа 72-го, когда он дал подписку о сотрудничестве и согласии выполнять отдельные поручения КГБ и взял "творческий псевдоним" "Тридоля".
Во время вербовки, так сказать, "не отходя от кассы", Яворивский сдал КГБ ранее судимого за националистическую деятельность Богдана Горыня, который некоторое время жил на квартире Яворивского. На совести "Тридоли" также и "выявление националистически настроенных лиц" и каналов распространения "самиздата". С первыми требовалось вести провокационные беседы, дожидаясь "антисоветчины" и таким образом собирать материал для "отчетов". О вторых, не мудрствуя лукаво, надо было сообщать "куда надо".
Все в том же 72-м Яворивский прошел и через "суд совести" и "чистосердечно осудил свое антисоветское прошлое", отказавшись от ранее сказанных слов в поддержку и лауреата Шевченковской премии, поэта Игоря Калинца, которому "впаяли" 6 лет тюрьмы и 3 года лагерей за литературную деятельность. Кстати, сам Яворивский признался, что после этого Калинец перестал даже здороваться с ним.
В марте 73-го Яворивский в соавторстве с Драчом и Павлычко накатал "Председателю КГБ СССР, тов. Андропову Ю.В." и "Первому секретарю правления СБ СССР тов. Маркову Г.И." жалобу на неугодных, замахнувшихся "на самое святое – на социализм, на вековечную дружбу между русским и украинским народами, на чувство семьи единой", и "не раскаявшихся в своей антисоветской деятельности".
Из этого документа, под которым стоит личная подпись Яворивского, видно, что Владимир Александрович не только не стеснялся в средствах, но и сдавал всех "чохом", не утруждая себя даже написанием отдельного доноса на каждого из неугодных.
Сейчас "уважаемый демократ" и горячий сторонник "народного президента Виктора Ющенко, Владимир Александрович рассказывает при каждом удобном случае, что его "повязали" за "опасное для жизни" распространение самиздата среди красноармейцев и вынуждали работать на КГБ, угрожая репрессиями. На самом же деле его "прихватили за жабры" на тривиальном компромате. Да и ценность Яворивского для КГБ была весьма сомнительной для того, чтобы Некие сослуживцы Яворивского утверждают, что он работал на КГБ вплоть до развала Союза и ушел замом начальника отдела 5 Управления КГБ СССР по Львовской области, в звании майора
постоянно "преследовать" "узника совести". Таких же как он мелких порученцев госбезопасность "завела" в таком количестве, что система не слишком бы пострадала, если бы литератор "взбрыкнул", отказался бы от сотрудничества и отправился "по этапу". Вслед за теми, для кого стукачество Яворивского обернулось годами "лагерного быта".
Также следует заметить, что бывшие кураторы Яворивского характеризовали его как подхалима и приспособленца, личность полную тщеславия, и не стесняющуюся в средствах для того, чтобы обратить на себя благосклонное внимание сильных мира сего. Так что возникают определенные сомнения в том, что агент КГБ "Тридоля" стучал исключительно под принуждением, а не из "любви к искусству". И продолжалось это, как минимум, до конца 70-х.
Потом были аферы с деньгами Чернобыльского фонда, финансовые махинации в Союзе писателей, сдача "налево" номеров в писательских домах отдыха и прочие "мелочи жизни". В результате сейчас "на поддержку штанов" литератора вкалывают мясокомбинат и сахарные заводы и американские банки. Последние обслуживают отложенную "на черный день" денежку.
Кстати, интересная деталь: на сайте "Компромат.Ru" размещено письмо неких "сослуживцев" (очевидно, сослуживцев Яворивского), в котором утверждается, что "В 1970 году он (Яворивский) принят в состав Управления действующего резерва КГБ СССР, в звании лейтенанта, в виду перспективности по линии борьбы с буржуазным украинским национализмом, через непродолжительное время личное дело было передано в Центральный аппарат КГБ СССР в Москву и остальное время, до 1992 года, работал под глубоким прикрытием. Санкцию на работу беспартийного коммуниста в Центральном аппарате дал лично Председатель КГБ СССР Ю.В. Андропов. Последняя должность В. Яворивского – зам.начальника одного из отделов Пятого Управления КГБ СССР по Львовской области, офицер действующего резерва КГБ СССР, воинское звание – майор".
Так что вполне можно предположить, что личное дело агента "Тридоли" было сфабриковано КГБ специально для прикрытия легенды "узника совести". А возможно, было "прощальным подарком" хорошо зарекомендовавшему себя майору, который вовремя понял, что незапятнанная гебешная анкета никогда не позволит ему перекраситься в националиста, и тепленькое местечко в жизни будет утрачено раз и навсегда.
Если верить этим сослуживцам, то приходится несколько изменить мнение о гебешном прошлом Яворивского. Примерно так: никто ни к чему его не принуждал, в КГБ он прискакал сам, очевидно, усмотрев в этом хорошую возможность продвинуться, а заодно (чем черт не шутит?) избавиться от пары-тройки конкурентов по перу. Не даром ведь профильной темой выбрал "линию борьбы с буржуазным украинским национализмом". В имперские времена не существовало ведь четкой грани между национализмом и национальным сознанием. И украиноязычное литературное произведение, если там через слово не упоминались "социализм", "вековечная дружба", "ленинизм" и "коммунистическая партия", вполне могло быть расценено как доказательство неблагонадежности и склонности к националистическому мышлению.
Опять-таки, если верить сослуживцам, то Яворивский появился в КГБ, как минимум на 2 года раньше, чем это было принято считать. И он совершенно не собирался "героически вырываться" из цепких лап имперской безопасности, а благополучно стукачил вплоть до развала "великого и могучего", когда сдавать "антисоветчиков" стало просто некому. Никакой героики, обстоятельства так сложились, и все тут. Ну, скажите на милость, почему такого человека должны волновать такие мелкие фактики как то: подписи неких писателей появляются под неким письмом без согласия самих писателей? То-то же.
21.10.2004 21:34