В начале февраля 2026 года дипломатическая активность вокруг завершения войны в Украине переместилась в Абу-Даби, где стартовал новый этап трехсторонних переговоров с участием США, Украины и РФ. Несмотря на привлечение представителей администрации Дональда Трампа и попытки выйти на конкретные договоренности по энергетическому перемирию, ситуация на фронте и в тылу остается крайне напряженной. Россия продолжает массированные обстрелы украинской инфраструктуры, используя военное давление как инструмент дипломатического шантажа. В то же время Москва выдвигает все более жесткие ультиматумы, требуя не только полного контроля над Донбассом, но и официального признания аннексии территорий всеми сторонами процесса. Это ставит под угрозу возможность достижения даже промежуточных договоренностей, о которых заявляли в Белом доме.
Интернет-издание From-UA попросило прокомментировать ход переговоров в Абу-Даби на фоне непрекращающихся ударов по Украине известного политолога, председателя правления Центра прикладных политических исследований «Пента» Владимира Фесенко:
— Да, это реальность, которая была, есть и будет. Здесь ничего не меняется, и в этом смысле не стоит ожидать никаких изменений. Переговоры сейчас действительно активизировались: мы видим прямые переговоры трех сторон, в отличие от того, что было раньше. Раньше со стороны США применялась так называемая «челночная дипломатия», когда они отдельно общались с россиянами и отдельно с нами. Это только тратило время и значительно усложняло переговорный процесс. А сейчас он стал прямым, стороны договариваются напрямую.
И что важно — это настоящие переговорщики. Это не Мединский со стороны России, это не то пропагандистское шоу, которое мы наблюдали в Стамбуле. Это реальные, серьезные переговоры, на которых, в частности, обсуждаются конкретные механизмы прекращения боевых действий. Однако очевидно, что как раньше, так и сейчас остаются те же проблемы, которые способны завести процесс в тупик. Речь идет о российских ультиматумах по территориальному вопросу, по Донбассу, требованиях вывода украинских войск и общей российской стратегии, которая заключается в том, что война должна прекратиться исключительно путем односторонних критических уступок со стороны Украины.
Если эта ситуация не изменится, эти переговоры, как и предыдущие попытки, зайдут в тупик. Если американцам удастся «дожать» россиян до более практичного и конструктивного диалога, тогда появится шанс. Нынешний этап в Абу-Даби я бы не называл таким, который окончательно определит развитие процесса, но он может дать ответы на ключевые вопросы. В частности, можно ли рассчитывать на переговоры по конкретному вопросу — тому же энергетическому перемирию. Но реальное, а не показательное или имитационное, которое было в тайных договоренностях только между Трампом и Путиным. Это был фарс, а не перемирие, и результаты мы видим прямо противоположные: это не путь к миру, а демонстрация продолжения войны.
Если договариваться, то нужно договариваться о настоящем энергетическом перемирии. Для меня это главный индикатор. Если в Абу-Даби хотя бы начали обсуждать этот вопрос по существу, тогда есть шанс на поэтапное прекращение огня. Не мгновенное, а постепенное, которое может растянуться во времени — как отмечал президент Зеленский, примерно на год.
На данный момент, к сожалению, предпосылок для полного прекращения войны нет. Путин не хочет ее останавливать. Чтобы это произошло, нам нужно остановить врага на фронте и стабилизировать линию обороны, а американцам — и в первую очередь самому Трампу — быть чрезвычайно настойчивыми в отношениях с Путиным. Если российский диктатор готов ради Трампа прекратить удары по энергетике только на несколько дней, то Трамп должен требовать устойчивого перемирия на 30 дней с возможностью пролонгации. Я думаю, что Трамп мог бы этого добиться, если бы было желание. Нужны не просьбы, а настойчивые требования, тогда будет результат. Если же этого не будет, то и переговоры, несмотря на их реальность и практичность, не принесут плодов. Для движения вперед нужно договариваться по вопросам, где компромисс возможен, например, энергетика. А если снова начнут с Донбасса — ну, тогда «наша песня хороша и новая», этот безрезультатный процесс может длиться годами.
— СМИ сейчас активно распространяют информацию, что в РФ появилось новое требование: они хотят не только передачи Донбасса, но и официального признания его российским всеми сторонами переговоров. Как вы и говорили, Путин явно не настроен на мир.
— Тем более, что это как раз является следствием ошибок Трампа. Любые уступки Путину или игра в перемирие по российским правилам только подпитывают уверенность Москвы. Российская позиция становится еще более непреклонной и жесткой, что только затрудняет диалог. Они увидели слабость: ага, вы уже готовы обсуждать передачу Донбасса? Как говорится, дали палец — откусят по локоть.
Именно поэтому такие новые требования свидетельствуют о том, что на сегодняшний день нет предпосылок для крупного, критического результата в виде реального соглашения о прекращении войны. В этом заключается главная проблема и парадокс нынешних встреч: они выглядят практичными и важными, но при такой позиции России они обречены на безрезультатность.