Happy Birthday, гривна!

…представить, что когда-то ее у нас не было.

Но восемь лет – срок, с точки зрения истории, мизерный, поэтому наверняка у многих из нас остались в памяти какие-то воспоминания из догривенной эпохи. Об этом, а также о своих первых впечатлениях от знакомства с гривной, мы и спрашивали людей на улицах столицы…

Максим, банковский служащий, 33 года:

– Самые яркие воспоминания у меня остались о том, как, помимо обычных денег, нам приходилось расплачиваться какой-то никому не нужной бумагой, купонами (это еще до купоно-карбованцев). Приходилось с собой повсюду носить еще и эти «деньги». В магазинах, пока продавцы вырежут необходимую сумму, собиралась немаленькая очередь, в результате чего у некоторых сдавали нервы. Наверняка многие были рады избавиться от них, потому что кому это было нужно?

Перейдя на гривны, намного упростился процесс купли-продажи, бумажники перестали напоминать чемоданы, и вообще, мы вернулись к своей, украинской исторической валюте.

Тимофей, продавец газет в метро, 31 год:

– Помню, мне тогда было очень обидно – перед этим я впервые стал мультимиллионером – мне заплатили 10 миллионов купоно-карбованцев. А тут – на тебе, приравняли сразу 100 тысяч к одной гривне. Кошелек как-то опустел… Проблем с обменом у меня не было – нечего было особо менять. Я тогда только-только женился, какие уж там накопления. Как раз последний миллион купонов потратил на регистрацию брака. Зато некоторые знакомые, когда обмен на гривны был, паниковали. Один вот после смерти бабушки нашел у нее большую заначку в матрасе. Поминал старушку незлым тихим словом…

Игорь, санитар психиатрической лечебницы, 45 лет:

– Я не очень хорошо помню этот момент, за давностью лет многие воспоминания просто стерлись. Помню, что первое время не очень удобно было вновь привыкать к нормальным числам при расчетах – все-таки столько лет рассчитывались миллионами, хотя, конечно, по сравнению с купонами сами купюры были намного красивее и действительно были похожи на настоящие деньги, а не на бумажки. Помнится, гривны начали обещать чуть ли не со дня введения независимости, тогда это слово звучало как-то неестественно, и, честно говоря, столько лет ходили эти слухи о введении новой национальной настоящей валюты, что я уже как-то перестал верить в их реалистичность. Однако в этом не обманули, странно!

Денис, офис-менеждер, 23 года:

– Я еще школьником тогда был, в 9-й класс должен был идти. В тот славный день отец разбудил нас с братом и говорит, что мол, все! Выбрасывайте свои купонные заначки – с этого дня в стране ходят новые деньги. Помню, жалко было расставаться с карбованцами – особенно мне нравились зелененькие 10 тысяч. Мы с братом тогда быстренько выяснили, какой курс обмена, и потратили всю скопленную наличность на почтовые марки. Мы тогда увлекались филателией, и как раз появились яркие марки заморских стран: Уругвая, Панамы, Буркина-Фасо. Это уж потом мы узнали, что они по большей части «липовые». А к гривнам привыкли быстро. И, конечно, оставили на память по образцу каждой купюры старых денег.

Андрей, предприниматель, 25 лет:

– Да, этот момент я помню четко! Мама как раз в тот день получила зарплату, причем большую часть ей выдали банкнотами, а гривен 20 или 30, не помню уже точно, 5-копеечными монетами! Она их еще в мешочке таком принесла, очень даже увесистом. Помню, мы с братом сразу выклянчили у нее по несколько пятачков и сразу стали играть ими в «битки»: кто перевернет монету ударом другой монеты, тот ее и забирает. Я, кажется, проиграл тогда, расстроился сильно. А старые купоно-карбованцы у меня до сих пор в копилке лежат, даже миллионная купюра там есть. Специально не стал менять – ведь что сегодня 10 гривен? Ерунда. А так память останется!

Сергей, безработный, 24 года:

– Когда в моих руках появилась новая украинская валюта, я не знал, хватит мне на бутылку пива или нет. Ведь все резко перестали быть миллионерами, и купонные нолики превратились в дым. Сказать, что я был на седьмом небе от счастья, конечно, нельзя. Тогда я еще ходил в школу, и мне все было до лампочки. Я еще не ощутил, как тяжело зарабатываются деньги. Поэтому появление гривны в 1996 году ассоциировалось для меня лишь с новыми бумажками, на которых нарисованы герои Украины и меньше нолей.

Валерий Сергеевич, преподаватель вуза, 42 года:

– Как представителю более старшего поколения, мне больше гривны памятны первые деньги независимой Украины – купоно-карбованцы. Помню, когда эти, фактически рисованные бумажки, пришли на смену еще советским деньгам, на которые вдруг стало ничего не купить. Народу тогда обменивали ограниченную сумму рублей на купоны в течение месяца и вносили запись об этом в паспорт! В то время (1991 – начало 1992 года) я работал в России, а семья жила в Украине, так чтобы переслать деньги с конвертацией российских рублей в купоны пришлось даже оформить фиктивный развод и выплачивать «алименты», сумма которых, по закону, верхней планкой не ограничивалась.

Потом началась инфляция – сначала малозаметная, после – все быстрей и быстрей. На смену сотенным купонам пришли тысячные, потом десятитысячные. Когда дело дошло до стотысячных купюр веселого зеленого цвета, народ стал говорить о том, что на этом падение курса остановится, и 100 000 карбованцев даже на время получили гордое имя «хохлобакс». Однако потом пошли и 200- и 500-тысячные банкноты, а после и миллионные, так что украинцы вдруг разом стали миллионерами. Появление гривны у меня ассоциируется с восстановлением некой стабильности – и сами деньги стали больше похожими на деньги, и курс у них стал выглядеть более или менее прилично. Если кто помнит, еще в 1997-м гривна стоила 50 американских центов, т.е. почти соответствовала в цене очень стабильному гульдену Нидерландов.

…А самые теплые воспоминания у меня все же связаны с советским рублем – маленькой, коричневого цвета бумажкой. Помню, еще первоклассником случайно нашел это богатство на улице – два дня с другом проедали на мороженом. Самое дорогое тогда стоило 22 копейки, но встречалось и по 7, и по 9. Сколько счастья-то было!