...настоящей. Сколько исторических личностей познало это, сколько из них были низвергнуты силой этой безудержной приязни!
Политики – это люди, которые в первую очередь нуждаются в любви, желательно всенародной, ну хотя бы в частичном признании их любимыми. Без нее они никто, особенно в наших реалиях. Вероятно, в других измерениях о народных избранниках судят по делам их, но у нас – исключительно по количеству всеобщей любви, которую удается завоевать той или иной личности.
Значительная часть населения моей страны не научилась еще предметно оценивать достижения и промахи своих кумиров и лидеров. Любовь зачастую поглощает все. Украина, как женщина, верит слепо, безумно, как последний раз… И не дай Бог потерять в ее глазах свою привлекательность – все беды готовы обрушиться на голову незадачливого кандидата. Миллионы денег, тонны красивой бумаги, километры цветных лент – ничто не способно тогда уж вернуть любимую в супружеское лоно.
Основы донжуанства: электорат, как и леди, любит ушами, особенно внимает в то, чего у нее и в помине нет, но так хочется иметь…
«Вы сильные, вы независимые, вы не допустите…» - как это дисгармонирует с традиционным украинским местечковым самолюбованием, однако, как приятно слушать – «мы вместе добьемся, достигнем, поборем…», ведь «своя рубашка ближе…».
Любовники с букетами в руках рядами готовы пасть ниц перед ее балконом, дабы быть допущенными к святая святых. Вопрос «верят ли сами претенденты на руку в свои речи» - не стоит на повестке дня – это работа, будничные телодвижения, меняются лишь обстоятельства и время произнесения спичей. Иногда эта Кокетка, чьей благосклонности они добиваются, бывает такой строптивой, жалуется, что все и всегда так говорят, а потом, после электоральной ночи, бросают на произвол… что она устала и никого не хочет видеть. Но они – они точно знают, что в этом деле главное - настойчивость, вкрадчивый доверительный шепот, а иногда и громкие, даже слишком громкие вызовы на поединок, проявления своей отваги, - но что не сделаешь ради любви, все это понимают - и противники гордо эти вызовы принимают, ведь любимая смотрит с балкона, не осрамиться бы…
Правда, что-то последнее время не та любовница пошла, не та, все про какие-то мигрени рассказывает, про детей голодных, кучи белья нестиранного. Как сложно стало ей рассказывать про красоту и ее уникальность, даже запах огромного букета сирени и томный звук приглашенных музыкантов ее уже не возбуждает. А так не хочется про белье…
Мы ведь каста великих, думающих о прекрасном, и вдруг так банально – «хороший ли из меня выйдет муж». Что за странные вопросы она начинает задавать? То ли мы отстали от жизни, то ли она повзрослела… Но нам жить-то как?
А если рассказать правду, какая она есть на самом деле?
Услышала, обиделась, но как-то странно стала смотреть, а ведь что-то в этом есть, правда, она ведь одна такая, почему я не замечал, красотой, конечно, не обделена, но и не фонтан, комплексов, конечно, более, чем может вместить одна бедная, уставшая от внимания страна, но ведь я могу и помочь…
Вот она уже зовет зайти на чай, готов поспорить, что сейчас начнет жаловаться, но, как ни странно, я готов слушать, - эй, коллеги, не присоединитесь? Нет? Ну что ж, заберите мой букет – может, он кому и понадобится в вашей шеренге – молодежь-то прибывает стройными рядами!
Почему я не рассказал ей всю правду о себе сразу? Возможно, просто было страшно признаться самому. Я люблю ее, действительно, она принимает меня таким, каков я есть, ведь не святой – это точно, но честный с собой и с ней, она это чувствует, она не говорит еще об этом, но уже готова разразиться слезами благодарности. Наверное, действительно счастье приходит в момент осознания необходимости нашего взаимного существования.
Я начинаю понимать, а она… Ведь так хочется этого простого политического счастья и долгой настоящей любви…
28.09.2007 15:33