Янугитлер, Янушенко и Янучет

Лозунги о демократии – излюбленные речи украинских политиков. Нынешняя власть, судя по предвыборным обещаниям, также никого не собиралась порабощать. Увы, дорога к свободе и справедливости оказалась настолько запутанной, что завела прямиком к противоположному - к диктатуре.

По крайней мере, именно этим словом Ангела Меркель назвала политический режим Украины, поставив ее в одну шеренгу с Белоруссией. По словам фрау Меркель, люди в Украине и Белоруссии страдают от диктатуры и репрессий. И хоть на собственной шкуре репрессии пока нами не ощущаются, может быть, со стороны виднее?

Не усматривают ли в Януковиче потенциального Пиночета наши эксперты, узнавал корреспондент Новости Украины – From-UA.

Лидер ПСПУ Наталия Витренко уверена, что в Украине сегодня диктатура: «Это однозначно, потому что не работают нормы права: парализована власть судебная, исполнительная, представительская. То есть ни парламент не самостоятелен в принятии своих решений, ни местные советы не самостоятельны — они все находятся под диктатом Януковича. Но и Янукович, что трагично для Украины, тоже не самостоятельная фигура. Он настолько зависит от Запада, от сценаристов и режиссеров, которые планируют, как использовать Украину, что это видно невооруженным глазом. Он действует, как полупроводник. Нет самостоятельных действий всех ветвей власти».

Витренко уверяет, что преобразовать Украину можно только по направлению к советской власти: «Украина исторически складывалась как общинная, свободолюбивая страна. Поэтому загнать нашу страну в прокрустово ложе диктатуры очень сложно. Я убеждена, что этот гной накапливается как негодование к власти, а потом этот гной взорвется, и все это выйдет на поверхность. Другое дело, что этот гной может привести вообще к гангрене, и Украина умрет. А может быть, удастся этот гной локализовать, очистить — и тогда можно будет Украину преобразовать. Преобразовать ее можно только по направлению к советской власти. Эта модель власти была очень активно воспринята народом Украины, потому что в советы избирались лучшие труженики. Советы формировались снизу доверху, то есть люди голосовали за советы более низкого уровня, а из состава этих советов уже формировались советы более высокого уровня, вплоть до Верховного. И не было неприкосновенности депутатов. Вот за это нужно бороться — нужно, чтобы власть формировалась из народа. Чтобы не было никаких залоговых сумм — это вообще преступный бред, который тиражируется в Украине. Нужно, чтобы люди осознанно избирали человека, которого они смогут отозвать. Тогда это будет живая власть, она будет властью народной, защищать интересы народа. Тогда олигархи не смогут пробраться во власть. Тогда можно будет и налоговую систему исправить, и криминальный капитал убрать — это все зависит от власти. Корень всего зла — это система власти, которую нужно менять. Нужно спасать страну от диктатуры».



Журналист Роман Чайка считает, что даже в плане диктатуры наша страна уникальна: «Определение диктатуры является достаточно широким, поэтому если фрау Меркель использует этот термин и при этом сравнивает нас с Беларусью, то часть ее мыслей абсолютно оправдана. Наша диктатура особенная в сравнении с другими, у нас это диктатура «Межигорья» над государством Украина. Можно сказать, что у нас сейчас государство, где есть диктатура семьи, потому что все кадровые назначения, все основные финансовые потоки контролируются так или иначе людьми, которые поставлены на эти должности не по профессиональным качествам, а исключительно из-за лояльности к семье президента. С этой точки зрения сравнивать Украину с какими-либо другими странами достаточно сложно. Это не Россия, потому что там диктат Путина и его ручной структуры «Газпрома». Там геополитические амбиции, а здесь, наоборот, амбиции — максимально долго держать герметично Украину, чтобы никто извне не мог вмешиваться в процесс ручного распределения средств бюджета, газовых потоков, что всегда было традиционным бизнесом президентов. Может быть, по герметичности, по закрытости это и выглядит как Хорватия времен правления Туджмана, но там, по крайней мере, был доступ к большим природным ресурсам, а у нас этого нет».

Лидер Киевской организации УНА-УНСО Игорь Мазур-Тополя считает, что сегодняшний режим «можно назвать назвать демократией по-украински»: «Украинский народ — это не белорусский и не российский, поэтому у нас 100 %-ное повторение невозможно, хотя бы потому, что у нас есть такой интеллектуальный и духовный центр, как Западная Украина, и белорусский вариант здесь не пройдет. У нас все-таки есть украинские традиции. Диктатура — это навязывание какого-то одного стереотипа в обществе, при котором что-то одно властью считается нормальным, а все остальное карается. Мы видим, что нас загоняют в обновленный «совок», и те, кто выступает против этого открыто, могут попадать под репрессии».

Эксперт предполагает возможный переходный вариант, как в Грузии: «Нашим людям хочется, чтобы был наведен порядок, и если бы Янукович был патриотом свой страны, то он бы действительно через прозрачную приватизацию отказался от буржуйства с «Межигорьем», на собственном примере показал, что он наравне со своими гражданами пытается жить не по возможностям, а по-человечески. Должен быть вариант не страны, открытой на все стороны, потому что у нас соседи такие, что зайдут в нашу хату и потом будут нам диктовать условия. Нужен определенный вариант закрытости, национальный период истории, когда все бы проходило в формате «насколько нам это выгодно». Белорусский вариант не подходит, потому что был период, когда Лукашенко закрывался, но он создал в Белоруссии такой маленький Советский Союз. Грузия — лучший вариант, потому что туда идут инвестиции, и инвестор не боится, что сегодня один закон, а завтра будет другой, при котором он уже не сможет нормально работать. Нам надо сначала построить национальное государство, а не часть Советского Союза».

Народный депутат от «Народной партии» Олег Зарубинский считает, что Украина не подходит под термин «диктатура»: «Для этого достаточно откреститься от всякой беллетристики и публицистики и открыть политологический словарь, где определяется этот термин. Не подходит Украина под термин диктатуры, поэтому я рассматриваю такую формулировку не как научную, а как формулировку политико-публицистического характера».

Также эксперт не может говорить, что мы достигли идеалов демократии, но проявления ее в нашей стране есть: «В Украине, безусловно, есть признаки демократического режима, о чем свидетельствует большое количество оппозиционных изданий, телевизионных каналов, на которых не услышишь в адрес власти ни одного доброго слова: что бы она ни делала, все равно будет жесткая критика. В Украине действуют оппозиционные партии, их представители собираются на центральных площадях и столицы, и областных центров, встречаются с людьми, предъявляют свои требования, блокируют трибуну ВР. Я думаю, что следующая избирательная кампания будет чрезвычайно конкурентной. А при диктаторских режимах выборы, если они есть, никогда не бывают конкурентными. В Украине постоянно конкурентные выборы на протяжении всех 20 лет независимости».



«Режим, который сложился в Украине, нельзя назвать диктаторским. Его лучше называть олигархическим, - говорит политик и диссидент Левко Лукьяненко. - У нас нет диктатуры: у нас есть многопартийная система, у нас есть открытая пресса, у нас есть свобода политической деятельности, информационной деятельности, у нас есть газеты различных организаций, партий, в том числе и оппозиционных. У нас не полностью обеспечены права человека, но права граждан Украины нарушаются не государственной системой, а различными другими методами и способами. Порядок, который у нас есть, можно назвать режимом, потому что к власти пришла бандитская партия, которая отбирает при помощи рейдерских атак предприятия у предпринимателей — это все признаки нарушения экономических прав граждан. Таких ограничений немало, и они в разных областях жизни, но это не диктатура».

Политолог Вадим Карасёв пояснил, что имеет в виду под диктатурой в Украине канцлер Германии: «Когда фрау Меркель говорит о диктатуре в Украине и Белоруссии, то она имеет в виду, что парламент не является независимым, суды, органы юстиции не являются независимыми в отличие от стран европейской демократии, где избиратели, общество, гражданские организации и ассоциации диктуют свои условия политикам, как надо себя вести, о чем свидетельствует серия последних отставок президентов Германии и Венгрии, а перед этим отставка министра обороны Германии за плагиат».

«В Украине избиратель не диктует политикам, как надо себя вести, поэтому говорить о том, что в Украине уже устоявшаяся демократия — рано, - рассказывает эксперт. - Но и говорить, что в Украине установившаяся диктатура по образцу белорусского варианта или латиноамериканских вариантов 20-го столетия, тоже неправильно, потому что Янукович может диктовать, как вести себя судебной системе, партия власти может диктовать, как вести себя парламенту (поэтому в Украине нет по-настоящему независимого суда и парламента), но в Украине, в отличие от Белоруссии и даже от России, есть оппозиция, которой диктовать Янукович не может. Может частично влиять, манипулировать, контролировать, но не диктовать, как должна вести себя оппозиция, как должны вести себя люди, гражданские организации. Он не может диктовать, как вести себя бизнес-элите, она имеет автономные интересы. Хотя влиять на экономические условия, в которых находится экономическая элита, можно с помощью налоговой администрации, таможенной службы, прокуратуры. Но Янукович, в отличие от Путина и Лукашенко, так и не стал полновластным хозяином страны, так и не смог добиться полного контроля над политической и экономической элитой, так и не смог добиться полноценного и тотального контроля над политической системой и системой правосудия».



Немецкий политолог Александр Рар не считает политическую систему в Украине диктатурой: «Диктатура вообще очень страшное слово. Диктатура существовала в Германии при Гитлере, в СССР при Сталине, она существует в Северной Корее. Я бы не путал слово диктатура с понятием авторитарного режима. Я думаю, что многие страны, такие как Украина, находятся в очень сложном периоде перехода от авторитаризма, из части империи, из плановой экономики в общество демократии, национального государства, в построение действительно гражданского общества. Это транзитный период долго длится, дольше, чем в Центральной Европе. Понятно, что демократические институты по образцу Германии в течение одного дня нельзя выстроить, но оранжевая революция имела свой шанс. Она же фактически провалилась не из-за того, что к власти пришел какой-то диктатор, а что так называемые демократические структуры в самой Украине не смогли воспользоваться построением по европейскому образцу демократического государства. Но я думаю, что у Украины демократическое будущее: появится обязательно многопартийная система, которая в Украине все-таки есть, ее никто не отменял. Появятся другие альтернативы. И я думаю, что Чемпионат по футболу может стать новым окном Украины в сторону Европы, и это окно нельзя закрывать».