Исповедь попрошайки

…взрослой жизни…

Я круглая сирота (сама предпочитаю говорить «квадратная»): мать умерла, когда мне был год, об отце почти ничего не знаю. Живу в одной квартире с двумя немощными бабками и дядей-шизофреником. Сколько себя помню, меня все жалели и давали кто вещи, кто игрушки, кто еду. Ну а бабка моя суперэкономна и особо меня никогда не баловала. А попробовать хотелось многого.

Так как принимать «подношения» от сердобольных бабкиных знакомых было привычным делом, а я была вечно голодной, то подаяние не стало для меня позором.

В первое время я просила по-собачьи: просто стояла неподалёку и печально смотрела голодными глазами, как люди едят копчёное мясо, жареную курочку, торт или что-либо ещё вкусное.

Самым «прибыльным» местом оказался вокзал. В село, где жила моя прабабка, можно было попасть только на электричке, причём с тремя пересадками. Итого на моём пути находились два крупных ж/д вокзала, а ездить в село по воле бабки приходилось довольно часто.

Иногда мы часами ожидали на вокзале, даже несколько раз пришлось там заночевать. Ночь, кстати, идеальное время для попрошайничества. Я была тогда маленькая, грязная и оборванная, поэтому люди охотно делились со мной. Правда, делились в основном те, у кого была незатейливая «народная» еда: картошка в мундирах, сало, огурцы…

Потом я попала в интернат, потому что бабка была уже не в состоянии меня содержать. Там мне понравилось: все сироты, все психи, и половина из них – тоже попрошайки. Правда, более гордые и практичные старшие сироты предпочитали воровать, а не просить…

Как и в большинстве интернатов, в нашем плохо кормили, и я вспомнила о своих навыках. Конечно, мало кто даст мне то, что я хочу попробовать, поэтому я перешла «на высший уровень» – я стала выпрашивать у честного народа их кровные денежки.

Самыми щедрыми оказались студенты, пьяные (главное, вовремя от них сбежать) и… цыгане. А одна пожилая тётенька, угадав, на что я засматриваюсь, купила мне 200 грамм «Докторской» и полбуханки чёрного хлеба.

Однажды мне удалось выпросить у молодого человека большой бокал кваса. Зато эксцентричная особа в дорогой меховой шубе в ответ на мою смиренную просьбу насчёт «пары копеек» окинула меня высокомерным взглядом и села в поджидающий её «Мерседес».

Центр Киева – самое неудачное место для попрошайничества. Лучшее место «охоты» – вечерние парки. Сумерки и нерабочее время располагают людей к щедрости. Вероятность удачной «охоты» увеличивается до одного на трех «опрошенных»!

Сейчас я по-прежнему «вечно голодная»: учусь в ВУЗе, существую на бабкину пенсию, точнее, на те 100 грн., которые она мне выделяет. Но теперь просить уже нет смысла – я слишком «старая» для этого. Да и небезопасно женскому полу попрошайничать в наше время. Так что теперь я выпрашиваю только сигареты. Курю, чтобы снять напряжение – как вспомню, где и за что я живу…

Узнать щедрого подавателя не так уж трудно «профессионалу» по милостыням. Охотнее всех сигаретами делятся обладатели дешёвых марок («Прима», «Прилуки»). Но молодёжь попроще может и «Кэмелом» осчастливить. Чем моложе человек, тем большую готовность поделиться он проявляет. Пенсионеры перед тем, как вынуть пачку, любят читать нотации. А некоторые и вовсе могут проворчать: «Рано тебе» и зажать сигаретку.

Молодые девушки с открытым лицом, незамкнутые, добрые, могут даже две сигареты дать. У них, как правило, они дорогие и лёгкие.

К пьяным лучше не подходить – потом не отвяжешься. А если под руку попался иностранец – это удача: если у него есть сигареты, он обязательно поделится «Данхиллом» или ещё каким-то крутым куревом.

Конечно, лучше иметь всё своё и не унижаться. Или быть готовым отказаться от курения, если никто не соблаговолил тебя угостить. Но люди, не будьте жлобами – не только вам курить хочется!