Кушнарев: «Я бы не преувеличивал влияние Рината Ахметова на внутрипартийную ситуацию»

…оказалось слишком много. Но ожидаемых ли?

За прошедший год он сменил место проживания с Харькова на Киев, небольшой офис своей партии «Новая демократия» на шикарный особняк штаба Партии Регионов на Липской, а многолетнее пребывание во власти – на оппозиционность, где он и находится ныне со все еще неснятыми обвинениями (в том числе и в сепаратизме). Но вопрос, кто быстрее – Кушнарев получит депутатский мандат в будущем парламенте вместе с неприкосновенностью или правоохранители доведут его дела до логического завершения – так и остается открытым.

Тем не менее, сегодня у Евгений Петровича просторный кабинет с шикарным убранством и статус главы избирательной кампании Партии Регионов. При этом он уточняет, что кроме его поста, есть еще руководитель избирательного штаба - Василий Джарты. Первый – публично высказывает позицию партии, второй – решает организационные вопросы кампании и предпочитает находиться подальше от журналистских глаз.

Так что в приемной Кушнарева нет предвыборной суеты и кипы бумаг на рабочем столе, только большой плазменный экран, где постоянно транслируется «5 канал». Этот факт Евгений Петрович объясняет тем, что ему удобней следить за событиями в стране по непрерывающейся новостной бегущей строке, чем ожидать выпусков новостей. Такая у него работа – быть в курсе всего происходящего и совершенствовать свое умение говорить так, чтобы не сказать ничего лишнего.

«Виктор Федорович посетит Европарламент в качестве лидера партии, победившей на выборах»

Евгений Петрович, год назад вы говорили, что вместе с семьей переедете жить в Киев…

Да, действительно, я уже живу в Киеве, с семьей. В обычной трехкомнатной квартире, в одном из новых домов в районе Цирка, в пяти минутах ходьбы от площади Победы.

Тогда же в интервью «Главреду» вы еще сказали, что поддерживаете Виктора Януковича, а не Партию Регионов. То, что вы сейчас возглавляете избирательную кампанию этой политической силы, означает, что вы изменили свое отношение? Кого вы сегодня больше поддерживаете: партию или же ее лидера?

Сегодня я – член Партии Регионов и, безусловно, заинтересован в ее успехе на выборах. Но я понимаю, что сегодняшний рейтинг партии определяется личностью ее лидера. Думаю, никто не станет отрицать, что Виктор Янукович сегодня воспринимается совсем по-другому даже теми, кто еще год назад относился к нему резко критично. А прошедший год был для всех годом испытаний, и взросления. Мы действительно сегодня все немножко другие.

И как вы себя чувствуете в роли оппозиционера, пребывая до этого столько лет во власти?

Я чувствую себя абсолютно нормально, потому что сфера публичной политики близка мне и понятна. Что касается оппозиционности, то в моей политической карьере уже был период, когда, находясь в КПСС, более того, работая в партийном аппарате, я фактически был в оппозиции, если не к партии, то к партийному руководству того периода. И в то время я также подвергался, если не репрессиям, то, во всяком случае, определенному давлению. Хотя, конечно, то, что я испытал в прошлом году, тот страшный прессинг, который организовали по отношению ко мне власти, правоохранительные органы, не идет ни в какое сравнение с тем временем.

Сегодня все активно обсуждают тему, почему все-таки Виктор Янукович не едет выступать в Европарламент. В связи с чем партией было принято такое решение?

Дело в том, что график у лидера настолько напряженный, что позволить себе отвлечься практически невозможно. Виктор Янукович договорился встретиться с Ховьером Соланой в Киеве. А в Брюссель поедут Раиса Богатырева и Тарас Черновил. А Виктор Федорович посетит Европарламент в качестве лидера партии, победившей на выборах.

Не является ли это подтверждением того, что после выборов Партия регионов именно Раису Богатыреву будет выдвигать как кандидата в премьер-министры, вот она и едет с Тарасом Чорноволом к европарламентариям в качестве замены?

Думаю, что это очень смелое предположение. Поверьте, сегодня эта тема в партийном руководстве не обсуждается. Сейчас все наши усилия направлены на успешное проведение избирательной кампании, на постоянный диалог с избирателями. У нас будет время после выборов обсудить и эту, и многие другие важные темы.

Как это ни парадоксально, но в то время, когда другие политические силы изобретают всяческие изыски в борьбе за избирателя, специфика предвыборной кампании Партии регионов фактически состоит в том, чтобы ничего не делать. Даже складывается впечатление, что вы чрезмерно осторожничаете, чтобы не вспугнуть свой высокий рейтинг громкими заявлениями. Есть ли необходимость в каких-то особенных технологиях или же для вас главное не испортить то, что есть?

На самом деле технологии есть. Они как раз и заключатся в том, чтобы избегать совершенно ненужной для такой мощной партии суеты, и тех приемов, которыми действительно пользуются малоизвестные партии для того, чтобы привлечь к себе внимание. Зачем нам это, если результаты социологии показывают, что 100% жителей Украины знают, кто такой Янукович.

Но знают ли они, что Партия регионов и Виктор Янукович – это одно и то же?

В результате нашей умело выстроенной кампании на сегодня подавляющее большинство, далеко за 90%, четко отождествляют Януковича и Партию регионов. Может быть, это и была для нас самая главная задача на первом этапе, а на втором – наша задача заключается в том, чтобы предложить обществу альтернативу, которая заключается в том, что мы знаем, что нужно сделать с экономикой Украины и в краткосрочной, и в долгосрочной перспективе. Мы знаем, как остановить кризис, как вернуть страну на траекторию устойчивого экономического роста, которая обеспечит рост благосостояния людей. И поверьте, это не для красного словца, мы действительно знаем, что нужно сделать для того, чтобы воссоединить украинское общество и украинскую элиту.

«У нас есть бесспорная кандидатура на пост премьер-министра – это Виктор Янукович»

Вот вы говорите, что Партия регионов готова к компромиссам. Сейчас понятно, что в будущем парламенте ни одна из политических сил не сможет самостоятельно сформировать большинство, т.е. придется с кем-то договариваться. С кем Партия регионов готова формировать большинство?

Я хочу обратить ваше внимание на то, что в отличие от наших оппонентов, мы ни разу не заявляли о том, что мы с кем-то никогда, ни при каких условиях не будем разговаривать. После выборов мы готовы садиться за стол переговоров, и искать формулу создания правящей коалиции, а затем формировать правительство. Я твердо убежден в одном - если власть всерьез хочет после выборов воссоздать оранжевую коалицию, кстати, мы этому препятствовать не собираемся, то она живет либо иллюзиями, либо находится в состоянии серьезного испуга, который мешает рационально думать. Я не верю, что склеенная чашка может быть лучше новой. Кстати, пользоваться склеенной посудой – очень плохая примета.

А если в ходе переговоров по созданию большинства в качестве компромисса будет выдвинуто условие, что Янукович не должен идти в премьер-министры, Партия Регионов готова им пожертвовать, или, например, согласиться на «оранжевого» премьера в лице Тимошенко, Еханурова или Кинаха?

Я еще раз повторяю: мы готовы демонстрировать гибкую политику, не поступаясь ключевыми позициями нашей программы. У нас есть бесспорная кандидатура на пост премьер-министра – это Виктор Янукович. Но если формула переговоров потребует обсуждения иных вариантов, то мы заранее никому и ничему не говорим «нет». Мы готовы выслушать и обсудить все аргументы, однако мы против навязывания нам каких-то формул и схем, поскольку, не сомневаюсь, будем самой мощной фракцией в парламенте. Все остальное – это искусство переговоров. Есть еще одна формула в политике, которую я считаю азбучной истиной: политика – это искусство возможного. Хотеть можно очень много, а реализовать можно только то, что реально позволяют условия.

Сейчас Юлия Тимошенко заявляет о каких-то тайных договоренностях по созданию коалиции «Нашей Украины» с Партией Регионов, вы можете это подтвердить или опровергнуть это?

Это не более чем предвыборная риторика. Мне кажется, что она продиктована непримиримой борьбой за оранжевый электорат, которую Юлия Владимировна ведет с партией Ющенко.

Но ведь она говорит, что борется только с Виктором Януковичем, считая вас основным конкурентом…

Мы не боремся с Блоком Юлии Тимошенко, у нас нет общего электората. Это ее проблемы на оранжевом поле.

«Я бы не преувеличивал влияние Рината Ахметова на внутрипартийную ситуацию. Я совершенно ответственно заявляю, что партией руководит Виктор Янукович»

В отношении избирательного списка Партии регионов говорят, что в нем собрались все люди, ранее не имевшие никакого отношения к ней, так сказать обиженные, оскорбленные и преследуемые в том числе с обвинениями в сепаратизме. Согласитесь, сложно найти объединяющий фактор для того же Пискуна и Кивалова…

Я все-таки хочу обратить ваше внимание на то, что подавляющее число тех, кто находится в нашем списке, это члены Партии регионов.

Уже да…

Хотя не могу не согласиться с вами, что власть своими репрессивными действиями косвенно влияла на формирование этого списка. Люди, которые не просто были изгнаны из власти, а которые подвергались политическому преследованию, были обречены на то, чтобы объединяться и искать формулу политической защиты. И то, что эти люди сегодня оказались в самой мощной оппозиционной партии, думаю, это вполне объяснимо.

Если бы политика оранжевой власти после победы Ющенко была бы менее агрессивной, и людей оценивали не по тому, работали они с Кучмой или нет, а по тому, насколько они эффективно способны выполнять государственные функции, то, может быть, и сегодняшнего рейтинга Партии регионов не было бы. Но если власть своими бездумными, разрушительными действиями оттолкнула от себя половину украинского общества и значительную часть политической элиты, то пусть она сама пожинает плоды такой своей недальновидной деятельности.

А из каких соображений в список вошел Ринат Ахметов? Ему нужен больший контроль над партией или банально - депутатский мандат?

Думаю, это вопрос не ко мне, а к Ринату Леонидовичу. Я готов рассказать о роли Рината Ахметова в партии, поскольку вижу, что эта тема так или иначе часто муссируется средствами массовой информации. Я со всей ответственностью заявляю, что Ренат Леонидович не принимает участия в работе руководящих органов партии, там, где единственно обсуждается и вырабатывается официальная позиция партии.

Что касается неофициальных встреч, разговоров, то это сфера жизни всегда существовала, и будет существовать. Естественно, исключать интерес Рината Ахметова к положению дел в партии я не буду. Но еще раз подчеркиваю: официальная позиция партии вырабатывается на заседаниях политисполкома, политсовета и съездов.

Вы лично часто встречаетесь с Ринатом Леонидовичем?

Я встречался с Ахметовым на съезде при формировании нашего списка, на форуме после съезда.

Я имею в виду встречи тет-а-тет?

Нет. Я лично встречался с ним только один раз, но это была в общем-то незапланированная, неожиданная встреча, когда проходил выездной политсовет в Донецке мы просто совершенно случайно на улице столкнулись с ним…

…машинами?

(смеется) К счастью, нет, встретились возле гостиницы. Мы были с Николаем Яновичем Азаровым и, конечно же, у нас, хотя и экспромтом, но состоялся разговор и обмен мнениями. Специальных контактов я не поддерживаю. Наверное, это тоже о чем-то говорит.

А кто Ахметова информирует о состоянии дел в партии? Кто с ним чаще всего встречается?

Я не готов ответить на этот вопрос, а заниматься какими-то предположениями мне бы не хотелось. Я понимаю, что у Рината Леонидовича, безусловно, давние и тесные контакты практически со всеми народными депутатами, представляющими Донецкую область, впрочем, как и со многими известными в Украине людьми.

Согласитесь, немного странно выглядит тот факт, что вы – глава избирательной кампании и не общаетесь с таким важным человеком для партии…

Что значит важный человек для партии?

Но ведь не рядовым же?

Во-первых, Ринат Леонидович связал свою судьбу с Партией регионов совсем недавно. И я еще раз говорю, я бы не преувеличивал, во всяком случае, сегодня, его влияние на внутрипартийную ситуацию. Я совершенно искренне, совершенно ответственно заявляю, что партией руководит Виктор Янукович совместно с руководящими органами Партии регионов.

Тем не менее, мы видим в списке Партии регионов много «людей Ахметова», в СМИ даже появилось предположения, что таким образом он хочет сменить менеджмент на своих предприятиях, проводя своих людей в парламент…

Не знаю. Вы задаете мне вопросы, которые находятся за пределами и моей компетенции, и моих профессиональных интересов. Я не задумывался над этим.

А вы участвовали в формировании списка?

Нет, я не участвовал в формировании списка, поскольку, как вы помните, партия «Новая демократия», которую я тогда возглавлял, влилась в Партию регионов за неделю до съезда. Согласитесь, что к тому моменту списки уже на 95% были отработаны.

Кстати, партия как бы не совсем влилась, недавно Минюст зарегистрировал уже общественную организацию Рух «Новая демократия». Это означает, что вы в Партии регионов ненадолго, и все-таки не отказались от своего партийного проекта?

Нет, ни в коем случае. Во-первых, я обращаю ваше внимание на то, что решение о создании общественного движения «Новая демократия» принималось на том же самом съезде, где принималось решение о прекращении деятельности партии. Кстати, участником этого съезда был Виктор Федорович Янукович, и никакой тайны из этого мы не делали.

Знаете, мы все-таки прошли за этот короткий срок очень непростой путь становления и объединения людей неравнодушных, которые, если хотите, способны на поступок. Ибо вступать в оппозиционную партию в прошлом году требовало от людей определенного мужества. И, конечно, просто так расстаться, и раствориться в такой мощной и большой партии как Партия регионов, было непросто. Поэтому, мне кажется, что наше желание оставить форму для неполитического сотрудничества совершенно нормальное и не несет никакого скрытого смысла.

Я никогда не строю подобного рода запасные аэродромы, и мне несвойственна политика с двойным дном. Я принял для себя решение, я в Партии регионов, я отдаю все свои знания, опыт, иные качества нашей победе на выборах, то же самое делают и все мои товарищи по «Новой демократии», которые вместе со мной пришли в Партию регионов.

Уже понятно, что вы по списку Партии регионов пройдете в парламент. Присмотрели уже себе какую-то должность, останетесь в Раде или пойдете в правительство?

Вы знаете, сегодня, может быть, как никогда ясно и остро ощущаю значение парламента в укреплении демократии в Украине, и возможности двигаться в направлении европейской модели и европейских стандартов жизни. Мне наиболее близка сегодня публичная политика, поскольку я прошел достаточно долгий путь во власти, и хорошо понимаю все плюсы и минусы того, что на сегодня создано в Украине. Конституционная реформа открывает для нас огромные возможности. Но это очень непростой путь, на котором еще немало препятствий объективного и субъективного характера. Но мне хотелось бы, опираясь на свой опыт, приложить усилия для того, чтобы мы этот путь прошли быстрее и с меньшими потерями.

Публичным политиком, как оказалось, у нас можно быть везде при желании. И все-таки, исполнительная власть или парламент?

Нет. Я считаю, что исполнительная власть исключает участие в публичной политике, это несовместимые вещи. И как раз попытки совместить это в правительстве Тимошенко, да и сегодня в правительстве Еханурова, привели к тому, что ни в экономике, ни в политике у них успехов нет, и не было.

То есть, все-таки парламент?

Да, наверное, сегодня это мне ближе всего.

А как вам должность спикера?

Вы знаете, я абсолютно не примеряю себя ни к какой должности. Ну, так, чтобы уж совсем не умалять свои амбиции, я не побоюсь вам сказать, что в принципе готов к любой должности, которую мне предложить партия. Но это не значит, что я собираюсь толкаться локтями в борьбе за какие-либо портфели.

«Ни Петр Ющенко, ни тем более, его сын, никаким реальным авторитетом на Харьковщине не пользуется»

А как же Харьков? Вы же обещали туда вернуться…

На самом деле Харьков живет во мне настолько сильно, что я на любом посту и в любой точке Украины все равно всегда о нем помню. Но служить Харькову и харьковчанам можно и находясь за его пределами. И сегодня я считаю для себя самым важным помочь харьковчанам восстановить справедливость, поскольку им навязали «оранжевую» власть, которую они не поддержали на президентских выборах. Я хочу, чтобы харьковчане сами определили путем демократических выборов свои предпочтения среди политических партий. И у меня нет сомнений, что эти предпочтения будут в пользу Партии регионов.

Я хотел бы, чтобы в органы представительной, исполнительной власти на Харьковщине пришли новые люди. Я готов помогать им советом, поддерживать их инициативы, но я не сомневаюсь, что будущее Харькова, как впрочем и любого другого города Украины, в значительной мере будет определяться правильностью внешней и внутренней политики государства в целом. А влиять на внешнюю и внутреннюю политику государства из Харькова очень сложно. Это нужно делать в Киеве.

Как относительно выборов мэра Харькова? Например, Владимир Шумилкин недавно выступил с инициативой о введении в Харькове русского языка как второго государственного. Это поможет ему сохранить пост мэра?

Думаю, что позиция политического флюгера никому еще дивидендов не приносила. Почему Шумилкин не думал о защите русского языка, когда он из-под бело-голубых знамен в одну ночь перебежал под оранжевые? Ведь 70% харьковчан проголосовали за Виктора Януковича, в том числе и потому, что он шел на выборы с идеей придания иного статуса русскому языку. Я не понимаю, как можно так диаметрально менять свои взгляды и позиции в угоду конъюнктуре, а фактически, с одной целью: сохранить кресло, которое, не боюсь этого сказать, ему в свое время подарили.

Кто, вы?

Все те, кто поддерживал его на выборах в 2002 году. Шумилкин не имел бы и близко той степени общественной поддержки в Харькове, которая бы позволила ему без поддержки, в том числе и моей, стать мэром. Он предал не меня, это, в конце концов, вопрос наших личных взаимоотношений, он предал 70% харьковчан, которые проголосовали за Виктора Януковича. А сегодня пытается спекулировать на их настроениях, и натягивает на себя личину защитника их интересов. Я считаю, что это позиция беспринципная, конъюнктурная, и не сомневаюсь, что харьковчане в общем-то цену ему хорошо знают.

По вашим прогнозам, кто может стать мэром? Есть сейчас уже кандидаты, которые могут составить ему конкуренцию?

Безусловно. Основным конкурентом Шумилкина является Михаил Добкин. Опираясь на поддержку Партии регионов, которая будет мощно представлена и в Верховной Раде, и в Харьковском областном совете, он сможет проводить эффективную политику в интересах Харькова и харьковчан. Если представить себе, что Шумилкин станет мэром, то, не имея такой поддержки, а он ее не будет иметь ни в городском совете, ни в областном совете, ни в Верховной Раде, он будет обречен на противостояние с депутатским корпусом. Думаю, что в таком случае, говорить о каких-то перспективах Харькова просто не придется.

Но ведь за ним мы видим достаточно сильные позиции брата Виктора Ющенко Петра Андреевича и его племянника Ярослава, который ходит в замах у губернатора…

Эта позиция поддержки в узком кругу деловой и управленческой элиты, которая всегда подвержена конъюнктуре. На самом деле ни Петр Ющенко, ни тем более его сын, никаким реальным авторитетом, да и известностью, кроме скандальной, на Харьковщине не пользуется. Ни серьезного системного бизнеса, ни серьезных гуманитарных, в том числе, благотворительных, акций на счету этой семьи на Харьковщине нет.

А само по себе родство… Да, оно сегодня возвеличивает этих людей, но если представить себе, что завтра они не будут братом и племянником Президента, тогда они увидят реальную цену самим себе мгновенно. Думаю, что желающих здороваться с ними не так уж много найдется.

Харьков всегда был специфическим городом, в связи с тем, что там много групп влияния. Сейчас мы наблюдаем, как харьковские бизнесмены, ставшие политиками, разошлись по разным политическим силам. Одни ушли в социалистам, другие – в блок Литвина, Александр Фельдман – к Юлии Тимошенко… Это обострит борьбу за Харьков?

Вы подметили одну из особенностей Харьковской элиты, ее еще никому не удавалось построить в одну шеренгу. И я даже намерений таких не вынашивал, потому что понимал, что в этом и сила, и слабость харьковской элиты. В ней очень много сильных и ярких личностей, поэтому их очень трудно объединить в какие-то организационные формы как в бизнесе, так и в политике. Таковы, наверное, традиции Харьковщины. И они сегодня реализуются как раз в том, что наиболее сильные и яркие представители харьковской элиты нашли себе место в разных списках разных партий. Не думаю, что это определяется только их идеологическими принципами, мне, например, вообще трудно говорить о какой-то идеологической позиции Фельдмана. Позиция там очень проста: рыба ищет там, где глубже... Такова особенность сегодняшних выборов: в них присутствует конъюнктура, и выбор многих определяется не идеологией, а возможностью гарантированно попасть в парламент, либо в советы другого уровня.

От Партии регионов стоит ожидать каких-либо сюрпризов ближе к выборам в проведении своей предвыборной кампании, например? Или все уже установилось?

Я исключаю превращение нашей кампании в некое шоу, нам не нужны подобного рода эффекты. Мы ведем простой, понятный диалог с обществом, в котором самую активную роль играет лидер Партии регионов Виктор Янукович. Пять из семи дней в неделю он находится в поездках, и он провел уже сотни встреч с людьми. Мы не видим смысла, чтобы работать на каких-то внешних эффектах, и будем продолжать этот диалог, его интенсивность по мере приближения ко дню голосования будет нарастать, и в марте мы планируем вовлечь в прямую агитационную работу как минимум половину предвыборного списка нашей партии во главе с лидером.

И в какой форме будет проходить это «вовлечение»? Вы тоже будете ездить по регионам, встречаться с людьми?

(смеется) Вот я вам говорю искренне, положа руку на сердце, что я бы с огромным удовольствием вырвался бы из этого кабинета и пошел бы сейчас к людям. Мне есть, что им сказать, и я умею это делать. Но та роль, которая на меня сейчас возложена, конечно, предполагает мое преимущественное нахождение в Киеве, хотя при этом я нахожу один-два дня в неделю, чтобы побывать на Харьковщине. Я все-таки возглавляю список нашей партии по выборам в Харьковский областной совет.

Если вы говорите, что решили идти в Верховную Раду, зачем тогда баллотируетесь в Харьковский областной совет?

Вы знаете, этот вопрос стоял для меня достаточно остро. И, наверное, если бы состоялся второй этап конституционной реформы, и руководители областей избирались бы на местах, мой выбор склонился бы в пользу Харькова. Но поскольку пока в областях правят назначаемые Президентом губернаторы, я считаю своей главнейшей и важнейшей задачей привести в областной совет мощную команду Партии регионов.

На своем авторитете, сохранившемся на Харьковщине?

В том числе. Я понимаю прекрасно, что результаты выборов – это и проверка моего реального авторитета на Харьковщине. Если нынешний губернатор идет во главе списка «Нашей Украины», а я возглавляю список Партии регионов, то я не боюсь этого соревнования. И главным арбитром в этом споре выступят харьковчане.

«Мы не идем в парламент для того, чтобы заменить в Украине оранжевый цвет на бело-голубой, мы хотим найти формулу радуги»

Поделитесь, как можно объединить восток и запад Украины, чтобы исчезла проблема раскола страны? Что должно стать основой этого объединения?

Я считаю, необходимо существенно изменить приоритеты во внешней и внутренней политике, которые являются сегодня причиной серьезного углубления того раскола, который наметился во время президентской кампании. Политика Ющенко и его наиболее радикального окружения - это подыгривание настроениям одной части украинской элиты и украинского общества. Нельзя навязывать Украине вступление в НАТО, если более 80% с этим не соглашаются. Это тема, которая раскалывает наше общество.

Нельзя так односторонне вести культурно-языковую политику, декларируя равенство языков, и в то же время, поддержку украинского языка свели к борьбе с русским языком. Во всяком случае, к резкому ограничению сфер его употребления. Это очень остро, я бы сказал, болезненно, ощущает огромная часть населения Украины, прежде всего, сконцентрированная на востоке и юге. Я не могу понять, почему Ющенко не хочет считаться с этим очевидным фактом? Упорствуя в защите интересов одной части Украины, он противопоставляет себя другой ее части.

Вы же понимаете, что своими аргументами вы только что подтвердили, что отстаиваете интересы также одной половины Украины, говоря о том, что юг и восток за государственный статус русского языка. Получается, как вы говорите, Ющенко защищает интересы одной части населения, а вы - другой. Вообще есть какие-то объединяющие обе части Украины аргументы, которые бы сплотили нацию?

Думаю, что мы можем найти аргументы, вокруг которых мы способны объединить большую часть нации. Оставим наиболее радикальные фланги, которые есть в любом обществе, чтобы большая часть понимала, что идти в этом направлении нельзя. Вот, если говорить о полярности взглядов наиболее радикальных позиций, то они для одной части заключатся в полном разрыве отношений с Россией, ускоренной украинизации всего нашего общества, к прозападной, я бы сказал, более того, проамериканской политике.

Альтернатива вторая, радикальная группа считает, что Украина должна фактически вернуться к положению субъекта союзного государства, в котором, естественно, по масштабам и мощи будет доминировать Россия. Вот я считаю, что и одна, и вторая точки зрения неприемлемы для Украины, являясь фактором не объединения, а разъединения и дестабилизации. Нужно искать компромиссы. На мой взгляд, они сегодня заключаются в отказе от темы НАТО, и в возврате к теме Единого экономического пространства.

То есть, к России?

Ну, почему к России?! Если речь идет о Едином экономическом пространстве, то не только с Россией, но и с Казахстаном, и с Белоруссией, возможно, и с другими государствами. С теми экономиками, сложение которых может дать плюс жителям каждого из государств – субъектов этого Единого экономического пространства. Но, почему общий рынок в послевоенной Европе не воспринимался как утрата суверенитета государства? Более того, Европа за пятьдесят послевоенных лет вплотную приблизилась, фактически, к формуле Соединенных Штатов.

Кстати, совсем недавно премьер-министры Бельгии официально выступил с такой инициативой. Они вплотную приблизились к принятию Единой конституции для Европы. Мы хотим в Европу и тут же кричим караул, если только предлагаем какие-то формулы экономической интеграции с Россией и другими государствами на территории бывшего Советского Союза. Вот это как раз спекуляция. И от этого нужно решительно отказаться.

Я не сомневаюсь, что главной, а может быть, даже и единственной по настоящему интегрирующей идеей для Украины должна быть идея достойной жизни для украинцев и гордости за свое государство. Но этот путь предполагает отказ от радикальных точек зрения, от попыток форсированно удовлетворить интересы одной половины Украины в ущерб интересам второй половины. Но высшее искусство политики – это как раз поиск компромиссов. Я думаю, что Партия регионов после выборов продемонстрирует именно такую политику. Мы не идем в парламент для того, чтобы заменить в Украине оранжевый цвет на бело-голубой, мы хотим найти формулу радуги.

Какие ваши прогнозы по вопросу разрешения ситуации с Черноморским флотом?

Думаю, что сегодня не лучшее время для того, чтобы выяснять взаимные претензии, потому что предвыборная риторика довлеет над здравым смыслом. Самым разумным является неукоснительное выполнение «большого договора», который зафиксировал позиции сторон в этом очень непростом вопросе. Ставить сегодня под сомнение право Черноморского флота на базирование в Севастополе – это недальновидная, конфронтационная политика, и мы уже получили много негатива от подобных подходов сегодняшней власти. Это не исключает того, что надо узаконить и привести в соответствие с этим договором те вопросы, которые в силу разных причин остались неурегулированными.

Что касается сегодня заявлений о пересмотре арендной платы и других базовых принципиальных моментов большого договора, то, я думаю, что подобного рода риторика сегодня сознательно используется властью и провластными партиями для формирования образа внешнего врага, с целью сплочения поредевших остатков «оранжевого» электората.

Вряд ли в Крыму подобные действия добавляют баллов власти, скорее, наоборот…

Власть ищет голоса не в Крыму. Власть всеми силами пытается консолидировать голоса на Западной Украине, фактически имея ориентиром тот уровень поддержки, который получил Ющенко.

То есть вы считаете, что власть может пожертвовать даже Крымом, например, в этих целях?

Нет, об этом даже и речи быть не может. По-моему, только ненормальные политики сегодня могут рассуждать на тему: Крым – украинский, или Крым – российский. В этом вопросе поставлена точка, и я считаю, абсолютно недопустимым никакие разговоры на эту тему.

Если будут внесены изменения во внешнюю политику нашего государства, если мы начнем работать над темой Единого экономического пространства, то у меня нет ни малейших сомнений, что то напряжение, которое реально в последнее время обозначилось в отношениях Украины с Россией, исчезнет.

Тем не менее, в своем послании парламенту Виктор Ющенко очертил несколько иные приоритеты, в том числе и во внешней политике. Если ваша партия победит на парламентских выборах, как вы намерены строить свои взаимоотношения с Президентом, если ваш курс идет вразрез с его политикой? Что нас ожидает?

Умных политиков от глупых отличает то, что они умеют договариваться. То, что они национальные интересы, интересы народа ставят выше своих узкопартийных или личных целей. Я надеюсь, что и Президент, и правящая коалиция в парламенте будут демонстрировать именно такую политику. Мы, во всяком случае, настроены именно на это. Что касается заявления Президента, то, по-моему, это результат определенной инерции мышления и действий. Президент, выступая с посланием, забыл о том, что он уже не имеет тех полномочий, который позволяли ему ранее почти единолично определять внешнеполитические векторы Украины. В Конституции записано: основу внешней и внутренней политики формирует и утверждает парламент, а реализует Кабинет Министров. Хотя у Президента остается право представлять государство во внешних отношениях. Думаю, что с этой ролью Ющенко прекрасно справится.

Кстати, вы сейчас общаетесь с бывшим президентом Леонидом Кучмой?

Очень редко. Последний раз я виделся с ним, наверное, месяца три назад. А всего за прошлый год таких встреч было, по-моему, три.

Вы обсуждаете с ним политическую ситуацию в стране? Как он относится к происходящему?

Конечно, обсуждаем. Я уже сказал, что наши встречи не столь часты, а ситуация меняется так динамично. Могу сказать свое впечатление: он не может быть безразличным, и он не злорадствует, он действительно переживает за то, что происходит в Украине. Ведь, по большому счету, и те, кто сегодня при власти, и те, кто сегодня в оппозиции, это в подавляющем большинстве его воспитанники, члены его команды. Думаю, что в нем живет и чувство собственной вины. Во всяком случае, я надеюсь, что живет.

Вины за что?

За то, что все получилось именно так. Ведь были и другие варианты окончания десятилетия Кучмы. И мягкая трансформация. Я считаю главным его нереализованным вариантом – это проведение полномасштабной конституционной реформы минимум за полтора-два года до президентских выборов. Тогда они бы утратили то свое значение, которое и привело к такой ожесточенной борьбе, к такому глубокому расколу элиты и общества. Это мог сделать только действующий глава государства. Но эта схема не была реализована. И поэтому мы имеем то, что имеем.