Геноцид в обиходе

... и высокоточных ракет. Правильно преподнесенные данные о собранном или загубленном урожае пшеницы, съеденном сале, доходах Лазаренко, выселенных крымских татарах, длине тузлинской косы, позволяют манипулировать сознанием общества в необходимом направлении.

Коммунистический режим достаточно успешно играл с цифровым материалом, а посему общество испытывало оправданную гордость за мировое лидерство в деле выплавки стали, объемов валового продукта, количества грамотных граждан на один квадратный метр. Это была арифметика роста. И даже такое трагическое число, как 20 млн. погибших в войне с гитлеровцами, не вызывало ощущения неполноценности. Во-первых, потому что был результат – Великая Победа, а во-вторых – рядом всегда находились сравнительные цифры возможностей нашего противника, да и знал народ: с немцем воевать очень тяжело.

Были и другие цифры, которые сознательно не оглашались или частично фальсифицировались. И в этом была логика режима. О репрессиях знали все, и смысла ворошить гнойную рану власть не видела. И это не столько признак тоталитаризма и отсутствия демократии, сколько здравая информационная политика государства. Например, “форпост мировой демократии” - США - тоже морочат голову своим гражданам, да и всему миру, о реальностях “миротворческой операции в Ираке”.

Свою тайную мощь «политические цифры» сыграли и во времена перестройки. Многие помнят листовки с перечнем экономических обид в сопровождении арифметического материала. Подсчитано было все, до последнего килограмма украденного из Украины сахара, последнего литра бензина, кусочка сала, обломка антрацита.

Гражданин, вникая в эту информацию, впадал в законное негодование и считал дни до обретения независимости. Те, кого цифры задевали более глубоко, шел на митинги и голодовки протеста. Так создавался пласт общественного мнения, на базе которого и был развален CCCР.

Но, как говорил великий Дали, «сон разума рождает чудовищ». В один прекрасный момент разумное дозирование числовых данных прорвал поток бессистемной информации. Но главное – этот процесс сыграл свою черную роль в формировании украинского комплекса неполноценности, этакого самосознания “малой нации”, “последних из Удэгэ”.

Все прошлое украинцев стали представлять как историю гонений, унижений и геноцида. В итоге то, что являлось достоянием не вполне разумных личностей, отразилось и в государственной идеологии, шагнуло на телеэкраны и в систему образования. На этом фоне довольно странно звучали тезисы о величии украинской нации и ее огромном вкладе в мировую историю.

Одним из ключевых вопросов для современной Украины неожиданно стала тема геноцида 70-летней давности. Отечественная дипломатия приложила немало сил для того, чтобы добиться международного признания голодомора 1932 - 1933 гг. геноцидом украинского народа. И, надо сказать, небезрезультатно.

Конгресс США единогласно принял резолюцию, которая чтит память миллионов жертв голодомора. Сталинский режим, говорится в резолюции, прибегнул к "сознательному акту террора" и "массовому убийству", организовав "искусственный голод" с целью уничтожения национального самосознания украинского народа.

Казалось бы, зачем это Украине? Факт отрадный, однако стоит ли овчинка выделки?

На это вопрос отвечает, в частности, формулировка из резолюции, в которой говорится о необходимости «преодоления наследия советской диктатуры и прогресса усилий по созданию демократической и свободной Украины, полностью интегрированной в западное сообщество наций».

Таким образом, добиваясь торжества исторической справедливости, Украина преследует вполне осязаемые внешнеполитические цели – конкретные подвижки в направлении интеграции страны на Запад. Вашингтон, разумеется, поддерживал и поддерживает евроатлантические устремления Киева. Однако давно и упорно идет спор о цене, и ни одна из сторон пока не намерена уступать.

Даже добавив на весы Украины такой моральный аргумент, как резолюция по голодомору, Соединенные Штаты не пошли на уступки дальше, чем это входило в их планы.

В частности, нашей делегации пришлось согласиться, что Генеральная Ассамблея ООН по вопросу голодомора 1932 - 33 годов в Украине ограничится заявлением, а не резолюцией, как планировалось ранее. К тому же из текста будет вообще изъято слово «геноцид». Оказалось, что давление на Украину в этом вопросе оказывали США, Россия и Великобритания – под тем предлогом, что «украинский вопрос» в такой постановке может вызвать «эффект домино» – признания себя жертвой геноцида могут потребовать, например, чернокожая община в США или бывшая британская колония Индия.

Интерес России в этом вопросе более чем понятен – она является правопреемницей СССР, и признание вины бывшего Советского Союза перед Украиной может создать в будущем лишний повод для давления на Москву.

Прецедент политического успеха еврейской общины, которая добилась от Германии солидных компенсаций за грехи гитлеровского режима, вдохновил многих. Например, армяне уже много лет добиваются признания геноцидом массовую резню своих соплеменников в Турции в 1915 году. Этот болезненный для турок вопрос многие государства весьма успешно используют для давления на Анкару, между тем реальное решение этого вопроса для армян остается весьма призрачным.

Кроме всего прочего, вопрос голодомора остается немаловажным фактором политической борьбы внутри Украины. Поскольку весь националистический лагерь находится в оппозиции к действующей власти, последняя не может себе позволить отдать такой козырь на откуп своим оппонентам. Если бы правительство Украины не проявляло должной активности в деле международного признания трагедии начала 1930-х гг., эту тему оседлала бы правая оппозиция. Ничего не поделаешь – год 70-летия Великого голода предшествует году президентских выборов в Украине. А насущные события куда более заботят политиков, нежели дела давно минувших дней.

В пылу сиюминутных политических состязаний никто не замечает, какой долгосрочный негативный эффект производит методичная обработка общественного мнения ужасами различных «геноцидов» и «вечного мученичества» украинцев. На этом фоне гордость от принадлежности к украинской нации выглядит, по меньшей мере, странно. А отыскивание украинских корней в родословных Сильвестра Сталлоне и очередной Мисс США как-то мало способствует росту патриотизма в стране. Приятно, конечно, что парижский аэропорт назван в честь нашего гетмана. Но жаль, что французы об этом не догадываются…

Кому охота признаваться себе, что он – представитель вечно угнетенного, всеми обиженного народа-неудачника? И как такой народ может с уверенностью смотреть в будущее?!..