Чужие свои. Часть 3

...From-UA завершает публикацию материала, посвященного реалиям, в которых живет несколько тысяч украинцев на территории непризнанного государства. Публикуемый материал был написан довольно давно, но, оттесненный другими событиями, залежался в редакционном запаснике. Тем не менее, на наш взгляд он нисколько не устарел – более того, все дальнейшие события в Приднестровье раз за разом подтверждали и подтверждают прогнозы и оценки автора. А в свежем постскриптуме, который вы найдете в финальной части материала, им дан прогноз дальнейшего развития ситуации.

Желающие могут также почитать первую и вторую части этого материала.

Некуда бежать

Сегодня России удалось переиграть своих конкурентов, создав ситуацию, когда и возвращение Приднестровья в Молдову, и сохранение статус-кво укрепляют ее региональные позиции. Но поскольку возвращение Приднестровья под юрисдикцию Кишинева, поданное как успех российской дипломатии, наиболее выгодно Кремлю, то Москва очень энергично побуждает обе стороны к прямым переговорам, притом так, чтобы условия примирения и объединения фактически диктовались ею. Именно поэтому, даже после 16 лет заверений в любви и верности из Тирасполя и серии грубых ошибок нынешнего кишиневского руководства, сильно испортившего отношения с Москвой, официальный Кремль все равно говорит только об «урегулировании на основе уважения к территориальной целостности Молдовы» – и ни о чем больше.

Смысл российских маневров состоит в том, чтобы снабдить эту «территориальную целостность» дополнительными опциями – для удержания Молдовы в сфере влияния России. Протестное движение «российских соотечественников» в Приднестровье дает Москве проверенный и достаточно эффективный механизм такого рода. Вот только самим приднестровцам жить от этого легче не станет. По замыслу Кремля, им уготованы муки вечной борьбы – сначала в непризнанном анклаве, а затем в «объединенной Молдове», столь же далекой от демократии и от защиты прав человека, как и нынешнее Приднестровье.

Ведь если эти самые «соотечественники» не будут постоянно страдать от действий кишиневских властей и постоянно протестовать, апеллируя к России, то вся задуманная Кремлем комбинация вообще теряет смысл! А потому, какая бы группировка ни была у власти в Кишиневе, Москва сделает все возможное, чтобы у нее не осталось иного пути, кроме как усмирять мятежников из «восточных районов Молдовы», скандирующих «Россия-Путин-ПМР», а тем, в свою очередь, некуда было бежать.

Эти протесты, управляемые из России посредством маргинальных ультрапатриотов, могут быть организованы как сами по себе, так и в связке с «российскими соотечественниками» в Украине, которые тоже должны ощущать себя притесняемыми – но уже украинскими властями. Пригодятся и «правозащитники», обкатанные на встречах в Тирасполе. Варианты могут быть разными, в зависимости от ситуации – но суть российских планов и их последствия для приднестровцев от этого не меняются.

Ще не вмерла, Украина?

Однажды Игорь Николаевич™ Смирнов звонил по межгороду в Киев премьер-министру Украины Виктору Фёдоровичу Януковичу.
– Алло, Киев, Киев!!! Это с Тирасполя! – орал в трубку Игорь Николаевич™.
– Кабмін слухає, – ответил Киев.
– Алло, мне Виктора Януковича! Это из Тирасполя!
– Прем'єр Янукович слухає, – отозвался Киев.
- Виктор Фёдорович, дорогой, любимый, казак, защитник веры! Это из Тирасполя! – заливался соловьём Игорь Николаевич™.
– Який Тирасполь, ви хто? Що вам треба? – недовольно проговорили в Киеве.
– Да брось ты эту мову… Здесь все свои! Ты скажи, когда блокаду снимаете? Когда Юща скинете??? Ну, не томи…
– По-перше, ця мова – державна, по-друге, президент Ющенко – гарант Конституції і Держави, ніяких блокад ми знімати не збираємося, сидите у своєму Парагваєві і не заважайте…
– Не Парагвае, а Приднестровье, – машинально поправил обескураженный Игорь Николаевич™.
– Без різниці.

Игорь Николаевич™ положил трубку. В Киеве Борис Иванович Тарасюк – министр иностранных дел Украины, откашлявшись и избавившись от премьерского голоса, тоже положил трубку.

Вот вам ситуация на нашей границе: Молдова и Приднестровье, противостоящие друг другу. О Приднестровье уже было сказано достаточно. В Молдове демократии и уважения к правам человека еще меньше, чем в Приднестровье. Для самооправдания в глазах собственного населения оба режима десятилетиями кормят его рассказами о «происках врагов» с противоположного берега Днестра.

Укрепление в регионе, как России, так и Румынии, объективно угрожает национальным интересам Украины. Румыния соперничает с Украиной за региональное лидерство, а также имеет к ней ряд территориальных претензий. Что касается России, то она действует в интересах международного газонефтяного консорциума, на обслуживание которого сориентирована сегодня вся российская внешняя политика. А тот, в свою очередь, заинтересован в некотором ограничении прав Украины как суверенного государства.

Между тем, как было показано выше, и сохранение статус-кво, и «урегулирование конфликта» путем возвращения Приднестровья в Молдову, в создавшейся ситуации означают, по крайней мере, в ближайшей перспективе, фактический российский протекторат над регионом. С другой стороны, Молдова все сильнее кренится в сторону Румынии. Что это принесет в более отдаленном будущем – не вполне предсказуемо.

Что делать Украине в такой ситуации? Есть ли смысл подыгрывать «заталкиванию» Приднестровья в Молдову? Навести порядок на границе – да, в наших интересах. Но в сложных маневрах вокруг урегулирования конфликта на Днестре пора бы начать вести собственную игру, избрав мерилом не общие рассуждения о международно-правовых нормах и территориальной целостности, а банальный вопрос: «Оно нам надо?».

Тем паче, что моральных, исторических и иных гуманитарных обоснований для реализации самостоятельной политики в этом регионе у Украины более чем достаточно. В Приднестровье живут ее граждане, живут этнические украинцы. И вообще это кусок Украины, некогда отторгнутый Сталиным.

Можно ли – для начала – хотя бы отчасти уравновесить здесь российское влияние украинским? Что для этого надо?

Помимо газа и нефти, влияние России на постсоветском пространстве выстроено на двух опорах: эффективной информационной политике и опоре на «соотечественников», иными словами – на российскую диаспору. Если о проблемах украинцев, живущих вне Украины, в самой Украине сегодня мало говорят и мало пишут, то проблемы соотечественников, живущих за пределами России, – одна из вечно горячих тем в российских СМИ. Почему же украинская диаспора не стала, подобно российской, эффективным инструментом украинского влияния?

Причины довольно прозрачны. Во-первых, за весь период украинской независимости у официального Киева до работы с диаспорой ни разу по-настоящему не дошли руки. А во-вторых, очень мешает успешной работе с ней ряд стереотипов, укоренившихся в общественном сознании. К примеру, включение в понятие «украинец» обязательного знания им украинского языка, а кто его не знает, тот вроде бы и не при делах...

Этот стереотип, нигде не прописанный явно, но живучий, как сорняк, при всей его внешней очевидности, довольно порочен. По отношению к диаспоре он порочен вдвойне. Он фактически узаконивает окончательный отход от Украины сотен тысяч этнических украинцев, подвергшихся русификации в СССР, и не имеющих сегодня возможности полноценно изучать и использовать украинский язык. Он буквально выталкивает этих людей в зону влияния России – хотя при правильно поставленной работе с диаспорой большинство из них скорее предпочло бы проукраинскую, а не пророссийскую ориентацию, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

В Молдове и в Приднестровье эта категория украинцев, оказавшихся «чужими среди своих», достаточно многочисленна – особенно среди городского, то есть политически более активного населения. Это ли, для начала, не ресурс влияния? Что ж не используем его и не влияем, защищая свои интересы от чужих посягательств? А обретя опору в лице сильной и сплоченной диаспоры, можно было бы уже всерьез пересмотреть и роль Украины в приднестровском урегулировании, и степень ее влияния в этом регионе. Давно пора это сделать.

P.S. Капитализм с лицом Ким Ир Сена. Послесловие, написанное несколько месяцев спустя.

Сегодня смена власти в ПМР в целом, завершилась. Команду президента Смирнова постепенно вытеснят отовсюду – уже понятно, что это вопрос времени, не более.

Новая власть – команда «Шерифа» – будет еще более пророссийской, чем Смирнов и его окружение. На то есть много причин: и то, что «старая гвардия», во главе со Смирновым, еще некоторое время будет маячить на втором плане как запасной вариант; и то, что «Шериф», как и Смирнов, противятся планам России по заякориванию Молдовы в сфере своего влияния путем растворения в ней пророссийского Приднестровья.

Альтернативой этому плану может стать российский вариант Западного Берлина. Это, безусловно, устроило бы «Шериф» – и потому новая генерация приднестровских политиков рьяно ищет дружбы и покровительства самой радикальной, ностальгически-проимперской и абсолютно антидемократической части русского политикума. Такая поддержка, помимо всего прочего, позволит не церемониться с внутренней оппозицией. Уже по первым шагам новой команды видно, что действовать она будет гораздо жестче и репрессивнее, чем старая.

Будучи маргинальны в самой России, проимперские силы все чаще и чаще востребованы вне ее – как таран и как кнут для укрощения строптивых: они провоцируют беспорядки на территории сопредельных России государств и создают тем самым поводы для давления на соседей по СНГ и экс-СССР. Их плацдарм, созданный в Приднестровье, будет, в числе прочего, неизбежно влиять и на ситуацию в Украине.

Было бы неверно считать Россию враждебным Украине государством – это далеко не так. Но еще более опрометчиво забывать о том, что Россия – давно уже другое государство. Со своими интересами, отличными от наших. И эти интересы она, при случае, не колеблясь, реализует. В том числе – и за наш с вами счет. Очень богатую пищу для размышлений на эту тему дает история отношений Москвы и Минска.

Помимо этого, такое новое издание Западного Берлина на границе с Украиной неизбежно станет опорой, и, скорее всего, не только моральной, для всех антидемократических сил и в самой Украине, и в Европе, и в бывшем СНГ. А таких сил, мечтающих о «твердой руке» и военной хунте, сегодня немало во всех противоборствующих лагерях украинских политиков – тоталитарное наследство СССР в нашем обществе не только не изжито, но дало немало новых побегов. Из этих побегов, при случае, нарежут изрядных розог для нас с вами – не стоит, право, расширять почву для их роста.

К сожалению, приднестровская политика Украины, занятой внутренними разборками, не стала ни на йоту осмысленней. С 1 июля вступает в силу постановление правительства Молдовы об установлении контроля над импортными потоками в Приднестровье. В Тирасполе это расценили как «новый виток экономической блокады». Понятно, что без поддержки Украины, контролирующей границу с Приднестровьем, все эти постановления правительства Молдовы останутся на бумаге. Но Украина молчит: не опровергает, не подтверждает, не заявляет о той или иной своей позиции, обосновывая ее, – просто молчит.

Как и раньше, имидж Украины в глазах приднестровцев официальному и вообще – политическому Киеву совершенно неинтересен. В информационном пространстве Приднестровья Украину представляет российское агентство «Новый Регион». А Приднестровье в информационном пространстве Украины – трудно даже сразу сказать кто. Разве что Наталья Витренко.

Впрочем, я полагаю, что как только у Тирасполя дойдут руки до Украины, им будет сформирован ручной пул украинских журналистов, воспевающих радость жизни в Приднестровье и «человеческое лицо» приднестровских политиков. Подобный ему российский пул сформирован уже давно и успешно работает, превознося российским читателям радости жизни под сильной отеческой рукой. В России это сейчас модно – воспевать капитализм с лицом Ким Ир Сена. Ну что ж, на здоровье, коли нравится. Но мне такое – не нравится. И я бы не хотел такого для Украины. А вы хотели бы, читатель?