«Дальше должен быть суд над коммунизмом и над Коммунистической партией... Первое и самое главное, что есть в нашем государстве сейчас, – это сотрудничество с преступниками, которые организовали геноцид, и принадлежность к Коммунистической партии. Коммунистическую идеологию нужно на законодательном уровне запретить как преступную идеологию, которая привела и приводила к уничтожению мирного населения», – сказал Наливайченко.
Естественно, у такой точки зрения нашлись как активные сторонники, так и категоричные оппоненты. И каждая из сторон приводит собственные, как ей кажется, неопровержимые аргументы.
Противники запрета Компартии говорят прежде всего о юридическом характере такового. По мнению нардепа от КПУ Александра Голуба, оснований законного плана у Наливайченко с единомышленниками нет и быть не может. «С юридической точки зрения это абсурд, потому что совершенно очевидно, что есть четкое законодательство, какая партия и в результате чего может прекратить свою деятельность. КПУ зарегистрирована в 1993 году, и говорить о том, что она должна нести какую-то ответственность, тем более за несуществующий геноцид в каких-то там годах, это совершенно абсурдно. То есть с точки зрения юриспруденции это совершенно глупое заявление», – считает депутат.
Альфой и омегой красноречия лидера «Нашей Украины» коммунист называет политику. Точнее, рейтинговую ее составляющую.
«Когда резко падают рейтинги, когда нет никакой поддержки, то чем громче заявление, тем оно должно больше привлечь к себе внимания, и попытаться на народной трагедии хоть как-то поднять свои рейтинги и построить свою политическую игру. Но это аморально и цинично, по-другому это оценить нельзя», – считает Голуб.
«Это уже не первое заявление, и уже запрещали Компартию в Украине, но лучше жизнь украинцев от этого не стала», – обращает внимание директор Европейского института политической культуры Александр Булавин. Мысли Наливайченко он однозначно оценивает как антидемократические.
Кроме того, эксперт обращает внимание на ответственность политических соратников Наливайченко за состояние дел в стране.
«Сегодня мы можем сказать, что вся история нового украинского государства прошла под знаком руководства националистических сил. Они никогда не сходили с политического горизонта, а последние 5 лет наша страна была целиком под властью националистических сил, а Компартия была в оппозиции. И это привело к тому, что народ Украины потерял людей вчетверо больше, чем во время Голодомора», – отметил Булавин.
Не разделяет позиций «нашеукраинца» и регионал Ян Табачник. «На сегодняшний день, когда эта сила существует и показала, что у нее есть поддержка 5 % населения страны, естественно, это нарушение демократии. Можно по-разному относиться к коммунистам, но на сегодняшний день газ, который мы подаем, мы его подаем по трубам, которые выстроила Компартия, и 80-90 % жилого фонда тоже выстроила Компартия. Я далек от больших симпатий, но, по крайней мере, мое поколение получило образование при них. И те, кто сегодня хает их во всю глотку, прославляли их, имели привилегии – это члены Союза писателей, Союза композиторов и т.д.», – разоблачает критиков КПУ представитель Партии регионов.
Он призывает украинцев более толерантно относиться друг к другу.
«Почему профашистская партия «Свобода» должна существовать, а коммунистическая не должна? Вот этого я не понимаю», – признался Табачник.
Противоположной точки зрения придерживаются другие политики. Среди них – депутат-нашеукраинец Юрий Костенко. Он напомнил, что в 1991 году президиум Верховной Рады уже принимал решение о запрете КПСС. «Но потом, учитывая, что в ВР остались коммунисты, это решение не получило дальнейшего юридического развития, потому что по тому решению нужно было с нуля создавать Компартию Украины, так как запретить мы не можем, это недемократично. Но это должна была быть Компартия Украины, а не украинский филиал КПСС, который юридически продолжал оставаться и действовать, в том числе и в ВР. И когда коммунисты пришли в себя после ГКЧП и когда Рух позволил им продолжать быть государственной властью, то через пару лет все это постепенно забылось», – вспомнил он.
По мнению политика, порядка в этом вопросе добиться так и не удалось.
«Сегодня мы получили политическую абракадабру. С одной стороны, мы, как демократическая страна, идеологию, которая не призывает к свержению существующей власти, нарушению территориальной целостности, запрещать не можем. С другой стороны Компартия, Симоненко – это не Коммунистическая партия Украины, это филиал российских коммунистов в Украине, которые продолжают лоббировать интересы России в украинской политике через свою фракцию в парламенте», – заявил Костенко.
Поддержку Наливайченко высказал и диссидент Левко Лукьяненко, который также в свое время пытался добиться запрета деятельности коммунистов в Украине. «Украинская республиканская партия еще в 1995 году поставила этот вопрос. Мы обратились к министру юстиции Станик, потому что по закону, чтобы снять партию с регистрации, необходимо, чтобы Министерство юстиции обратилось в прокуратуру и Верховный суд. Она нам формально ответила, что в уставе и программе Компартии нет прямого призыва к свержению конституционного строя. Но Компартия в своей программе записала, что она является правопреемницей бывшей КПСС, что ее идейной основой есть учение Маркса, Энгельса и Ленина. Это учение пропагандирует и обосновывает диктатуру, а не демократию. В законе про политические партии написано, что не могут быть зарегистрированы партии, деятельность которых направлена против конституционного строя в Украине. А разве пропаганда марксизма-ленинизма как диктатуры пролетариата не угрожает конституционному строю?» – спрашивает политик.
Он уверен, что пока фракция КПУ нужна Партии регионов для поддержки нужных решений в Верховной Раде, коммунисты в Украине будут существовать. Но когда потребность в этих синхронных голосованиях отпадет, последствия могут быть самыми радикальными.
«Наливайченко как человек, который профессионально занимался изучением преступлений коммунистического режима в Украине, очень хорошо знает, кто руководил теми людьми – КПУ организовывала и проводила геноцид украинской нации. И я думаю, что, возможно, политическое развитие Украины уже приближается к тому, что КПУ будет запрещена, потому что Коммунистическая партия перестает быть для ПР важным союзником, и они, возможно, перестанут ее поддерживать. Если ПР перестанет их поддерживать, то сами по себе они удержаться не смогут. Поэтому мы приближаемся к тому времени, когда суд над коммунистами будет возможен», – прогнозирует Лукьяненко.
Еще более серьезные последствия хочет вывести из ситуации бютовец Остап Семерак. «Я понимаю, что это заявление он сделал исходя из решения суда, признающего Голодомор геноцидом. Насколько мне известно, в данном решении суда говорится об организаторах, которые на тот момент были руководителями отделения Компартии на территории Украины. А поскольку КПУ во главе с Симоненко является правонаследником и они заявляют о том, что они продолжают их дело, то Наливайченко был, очевидно, прав», – сказал нардеп.
«Я думаю, что данное решение должно было бы приниматься ВР, хотя когда-то уже принималось решение в Конституционном суде, но было отменено. Но в паре с таким решением про запрещение Компартии как преступной организации, я бы еще принимал другое решение. То решение, про которое говорит Наливайченко, оно половинчатое, а другим решением нужно провести полную люстрацию. И тех людей, которые сотрудничали с тем режимом, которые занимали руководящие должности при том преступном режиме, нужно отстранить от руководства страной сегодня», – утверждает Семерак.
По его мнению, такое «очищение» способно обеспечить качественных рывок Украины в направлении демократического европейского сообщества…
Оценка заявлений Наливайченко получилась достаточно прогнозируемой. Политическое заявление – политическая оценка. Когда по определенным вопросам украинские политики разбредаются по давно выкопанным окопам, становится даже неинтересно. Потому что не важно на самом деле, кто именно сказал и что именно сказал. И никто не думает, не сказали ли вдруг правду. Важнее то, откуда это было сказано – из какого политического лагеря. И если все привычно, реакция прогнозируема до скуки: коммунисты с регионалами (плюс-минус радикально) и мелкими левыми партиями бредут на один фронт, а БЮТ, «Наша Украина» и остальные правые занимают позиции напротив. На этом все. Диалог заканчивается в том понимании, что это уже не диалог – стороны не хотят слышать друг друга, важнее переспорить оппонента, а не прийти к согласию или, прости Господи, докопаться до истины.
И что будет, если КПУ вдруг действительно взять и запретить? О чем тогда будут говорить Наливайченко и др.? Есть версия, что они попросят разрешить коммунистов обратно – потому что им станет скучно, плюс не на кого будет вешать очередных собак. Ведь если у тебя нет врагов, которые «всегда и во всем виноваты», то рано или поздно могут спросить с самого тебя! А это, кажется, в планы наших политиков вообще не входит – ни в каком виде.